Мэт касается влажной ткани трусиков и оттягивает их в сторону, заставляя закусывать губу от предвкушения. Он водит пальцем по краю, обводит контуры влажной плоти, заставляя постанывать и дрожать, едва он оказывается в опасной близости к набухшему клитору, но все еще не касается чувствительного бугорка.
— Хочешь, чтобы я коснулся тебя, Ника?
— Да.
Я толкаю бедра ему навстречу и выдаю стон, больше похожий на писк, но Мэт принимает его по-своему и касается разгоряченной плоти. Проводит пальцами по влажным складкам и останавливается на клиторе, мягко обводя его пальцами и задевая так, что каждый раз мое тело подрагивает как от удара током.
Его прикосновения заставляют меня часто-часто дышать и мотать головой по постели. Я едва понимаю, что происходит, когда чувствую, как внизу все скручивается от приятного томления. Меня бросает в жар, который тут же разгоняется по всему телу. Я стону, сжимаю в руках постель и, к своему стыду понимаю, что умоляю его не останавливаться.
— Мэт, прошу, — единственное, что могу выдать я.
Он чувствует меня, проводит пальцами по влажным лепесткам плоти, распределяя влагу, после чего толкается в меня пальцами и просит:
— Открой рот, Вероника.
Я послушно размыкаю губы и чувствую, как он обхватывает мой подбородок второй рукой, касается моих губ большим пальцем и толкает его в рот, надавливая на язык.
— Соси, Ника.
Наверное, я слишком возбуждена, слишком долго была без удовольствия, иначе как объяснить то, что я послушно смыкаю губы и обвожу его палец языком.
— Блять, Ника.
Он глухо рычит, и я чувствую, как он толкается в меня пальцами сильнее, находит чувствительную горошинку внутри и надавливает, попутно обводя круги на клиторе. Я дрожу, мычу и всасываю его палец глубже, слегка прикусывая.
— Кончай, Ника. Давай… хочу увидеть тебя такой… снова… — он хрипит уже рядом с моим лицом.
Я открываю глаза и встречаюсь с его темными глазами-омутами, тону в них и вскрикиваю, когда чувствую, как волна экстаза исходит от низа живота и распространяется по всему телу. Я раскрываю рот и кричу, чувствуя как палец Матвея оттягивает мою нижнюю губу и слегка гладит ее. Он ловит мои вздохи раз за разом, склоняется к лицу, проталкивается языком в мой рот и мягко двигает губами, утягивая меня в поцелуй.
Я все еще не могу прийти в себя и отдышаться, когда чувствую, как ладони Мэта скользят по телу, гладят бедра, пробираются к животу и груди, обхватывая объемные полушария и сжимая их.
— Хочу тебя трахнуть, — выдает полусевшим голосом, после чего опускается к моим соскам и захватывает их в плен своего рта.
Его горячий язык обводит круги вокруг ареолы и вырывает из меня гортанный вздох. Я все еще расслаблена после удовольствия, которое получила, поэтому его умелые ласки вновь распаляют во мне желание. Дикое, необузданное, накрывающее огромной волной и заставляющее признаться:
— Хочу тебя, Матвей, — осевшим от возбуждения голосом говорю я. — Сейчас.
— Скажи еще раз, — он отрывается от моей груди и заглядывает мне в глаза, ища там подтверждение.
— Хочу.
Матвей спрыгивает с кровати и стаскивает с себя брюки и боксеры, после чего возвращается ко мне и я, наконец, могу рассмотреть его всего.
— Ты… внушительный, — говорю и немного краснею, понимая, что никогда не рассматривала мужчину с таким диким вожделением и интересом.
Он явно поработал над своим телом: красивые мышцы, широкие плечи, накаченные ноги и член с тугими венами, доставшийся ему от природы.
— Все будет хорошо, — заверяет меня Матвей и проводит рукой по внушительной длине. — Хочешь его потрогать? — я слабо киваю и тяну руку, уверенно обхватываю член и сжимаю пальцы. — Блять, Ника, — рычит мужчина и толкается вперед.
Моя рука скользит по немаленькой длине и я ахаю, широко распахивая глаза.
— Ты уже видела его, — слышу хриплый, пробирающий до костей, голос и перевожу взгляд на лицо мужчины.
Его глаза потемнели от возбуждения, скулы натянуты до предела, а губы слегка приоткрыты, грудь вздымается в прерывистом частом дыхании и, пожалуй, это самое прекрасное, что я когда-либо видела. Ну, или я ничерта не понимаю в жизни и сейчас просто сгораю от желания настолько, что мне даже скрюченный карлик показался бы самым прекрасным и невероятным.
— Хватит! — Матвей резко отстраняется, после чего протягивает ко мне руку и вынуждает подняться. — Иди сверху.
Он тянет меня на себя, и я едва успеваю за ним, но все-таки сажусь сверху, упираясь промежностью в его твердый член.
— Хочу тебя без защиты, — сипит он и обнимает меня за спину, проводит шероховатой ладонью по лопаткам и пробегает пальцами по косточкам позвонка, рассыпая мурашки по телу.
Матвей ложится на кровать и улыбается, предоставляя мне свободу действий. Первые пару секунд я просто молча сижу и пытаюсь унять дыхание, а еще осознать то, что совершенно голая сижу на мужчине, который теперь стал моим мужем. У нас что… первая брачная ночь? Или виски слишком крепкое и он выпил его на голодный желудок?
