— Я нашел это на полу собственной квартиры. Возле картины, на которой изображена Нелли. Ты заходил туда на днях, да? Я смог освежить твою память? — Слова Влада падали расчетливо и жестко. Как удары плети, опускающиеся на приговоренного. Власов действительно вздрогнул, как от удара, при словах «заходил на днях», и в его глазах мелькнул огонек понимания и стыда. Раевский ждал, что Власов начнет оправдываться, но нет, Егор выпрямился и нагло посмотрел ему прямо в глаза.
— Да, я был там. — Влад задохнулся от гнева! Этот самоуверенный болван даже не отпирается! Он считает, что ему все позволено?! Он даже не попытался соврать или смягчить положение?!
— И каким образом ты проник на частную собственность, позволь спросить? Не припомню, как давал тебе ключи! — Голос Влада был угрожающе тихим. Власов в ответ безразлично пожал плечами.
— Мне не нужно твое разрешение, художник. Хочешь объяснение? Ты дал ключи Нелли. Я сделал дубликат. Довольно давно. Все просто. Цель оправдывает средства. — После этого хладнокровного признания Егора, мир взорвался белой пеленой ненависти перед глазами Влада.
— А когда ты изуродовал картину с Нелли, ты тоже не спрашивал разрешения? — Влад неожиданно размахнулся, и…
Егор не ожидал нападения. Влад бросился на него внезапно, и то, что происходило между двумя мужчинами сейчас, совсем не походило на обычную драку. На то, как они мерялись силой сразу после бала. То — была проба сил. А сегодня — это настоящая схватка, жестокая, без правил. Бой, в котором Егор проигрывал без вариантов…
Раевский, наконец, перестал сдерживаться. Привычный лоск слетел с него, выпуская того парня, что с шестнадцати лет дрался на улицах, доказывая кулаками свое превосходство. Проигрывая несчетное количество раз, но со временем научившийся побеждать. Никаких правил, никакой жалости. Резкие развороты корпуса, удары по болевым точкам. И плевать, что противник хрипит от боли. Цель оправдывает средства, да, Егор? Как ты сказал? Ты не спрашиваешь разрешения? Будь готов к последствиям…
Единственное, за что Влад невольно зауважал Власова — с губ противника не сорвалось ни единой просьбы. Егор сопротивлялся… по мере своих сил. Но против Влада в состоянии «боевой готовности» его попытки сопротивления смотрелись жалко. Егор… Рафинированный мальчик, ни разу в своей жизни не боровшийся за то, что ему дорого. Власов попросту не умел драться. Зато, как оказалось, он умел проигрывать… Но сегодня Владу была неведома жалость. Лежачего не бьют? Не в этот раз… Влад с наслаждением размазал Власова по стоящей рядом кирпичной кладке и размахнулся снова, целясь прямо в лицо. Инстинкт самосохранения отключился напрочь. Где-то в глубине подсознания заямаячила мысль: «так же можно и убить…», но Влад не подпустил ее ближе к себе. Не сейчас. Он еще не закончил…
Егор мог считать себя счастливчиком по жизни. С самого детства он никогда не попадал в передряги. Что там, даже руки-ноги не ломал! Его максимальный болевой порог проявился, когда он слетел с велосипеда. А еще, когда упал с дерева. Время шло, везение не проходило. Пока его сверстники, гоняя на дорогих тачках, слетали с шоссе, попадали в аварии, Власов всегда отделывался легким испугом. Хотя гонял не меньше. Он верил в свою удачу до этого момента… пока капризная леди фортуна не отвернулась от него. И не заставила заплатить сполна за все двадцать девять лет сплошного везения.
Боль взорвалась фейерверком в районе солнечного сплетения после первого удара. И Власов задохнулся от боли, на секунду потеряв возможность ориентироваться в пространстве. Пропустив еще один удар… а дальше Влад вошел во вкус, моментально прощупав его слабые стороны. Он шел на него, как танк, и его четкие выверенные движения слились в сплошной поток ударов. Никакой жалости от Раевского, лишь холодный расчет. Боль накатывала волнами, тошнило, кружилась голова. Егор уже мог только уворачиваться, и то без особых результатов. Влад, как зверь, предугадывал почти все его движения. И в момент, когда Егор начал мечтать о моменте, что он просто отключится, и пытка прекратится, его слегка расфокусированный взгляд упал на лесенку турников, совсем рядом.
«Это шанс!» — Мелькнуло в голове, и Егор из последних сил в буквальном смысле сцепил зубы. И сделав ложный рывок в бок, перехватил противника. Изо всех сил толкнув на железные трубы турника. Маневр удался…
Влад не успел понять, что произошло. Его затылок прошила резкая боль, перед глазами потемнело, и мир на мгновение исчез. Померк. А очнулся он от резкой пощечины, ощущая спиной холод кирпичной кладки. Влад дёрнулся и понял, что его запястья жестко зафиксированы рукавами его же свитера.
Рукава были завязаны на узел, имитируя наручники. И шансов вырваться не было. А рядом на корточках сидел Егор, не сводя с него колючего взгляда. Просто сидел и молчал, ожидая, пока противник очнется. У Влада неприятно засосало под ложечкой, когда он оценил внешний вид Власова. И масштабы катастрофы. Кажется, он попал…
