На других участках шли упорные бои. 3-я ударная армия расширяла плацдармы вдоль Берлинско-Шпандауского судоходного канала. Там в качестве ударной группы шла вперёд 150-я стрелковая дивизия генерал-майора В. М. Шатилова. Её поддерживали танки и самоходки 9-го танкового корпуса генерал-лейтенанта И. Ф. Кириченко[52]. Танковые и механизированные бригады 2-й гвардейской танковой армии успешно «вскрыли» захваченные плацдармы и завязали бой в глубине немецкой обороны, захватили цеха завода в районе Симменсштадт и стадион «Олимпия», уже вечером стремительным броском вышли к железнодорожному мосту через Шпрее и овладели им, не дав отступающему противнику взорвать его. По рельсам моста пошли танки и самоходки.
Южнее, в полосе наступления 5-й ударной армии, впереди, как и в прежние дни, успешно продвигался 9-й стрелковый корпус генерала И. П. Рослого. Истекали третьи сутки штурма Берлина. За это время 9-й корпус продвинулся вперёд на 2800 метров. Другие два корпуса армии – 26-й и 32-й – смогли преодолеть лишь до 450 метров.
В секторе Юго-Западной группировки, где атаковали войска 1-го Украинского фронта, складывалась следующая обстановка. 3-я гвардейская танковая армия, совершив широкий маневр с левого фланга фронта на правый, «успешно развивала наступление веером с плацдарма у Тельтова». Танкисты и мотострелки энергично зачистили от противника берлинские пригороды Целендорф, Шлахтзее, Николазее, Берлин-Эйгенхерт и ударили во фланг немецкой группировке, стоявшей на Тельтов-канале и препятствовавшей переправам, и подошли к пригороду Шмаргендорф.
В этот день произошло то, чего опасались в штабах, когда планировали операцию с нечётко определённой разгранлинией. Бомбардировщики 1-го Белорусского фронта с больших высот разгрузились на боевые порядки танковой армии П. С. Рыбалко. Убито и ранено до ста человек, разбито и сожжено 16 грузовиков с боеприпасами и тыловым имуществом, 6 орудий. Потери, сопоставимые с потерями в суточном бою бригады или полка.
Бригады 10-го гвардейского Уральского добровольческого танкового корпуса генерала Е. Е. Белова[53] из состава 4-й гвардейской танковой армии с боями пробивалась на Потсдам.
В полосе наступления армий Катукова и Чуйкова наметился успех. Пехота 8-й гвардейской армии захватила подготовленный к взрыву мост через Ландвер-канал. Началась переброска бронетехники и тяжёлой артиллерии. Разведгруппа 11-го гвардейского танкового корпуса на своём участке захватила точно такой же мост через Ландвер-канал. Бригады тотчас начали переправу.
Накануне произошёл курьёзный случай. Разведчики доставили в штаб корпуса группу странных людей. Оказалось – японцы. Бабаджанян тут же позвонил в штаб армии и, едва сдерживая смех, доложил командарму:
– Михаил Ефимович, мои разведчики только что привели японцев. Что с ними делать?
– Какие японцы?! Что за шутки, Армо? Откуда вы взяли японцев?
– Да чёрт их знает. Вышли на наше охранение. Говорят – посольство.
– Японское…
– Так точно. И выглядят как настоящие японцы.
В трубке возникла небольшая пауза.
– Только японцев нам сейчас не хватало… Ладно, шлите их сюда, разберёмся.
Катуков с изумлением наблюдал, как вошедшие в штаб начали вежливо кланяться ему. Как с ними поступить, он не знал. Звонить в штаб фронта глупо.
– Мы хотим наша родина, – сказал один из вошедших, к счастью, неплохо говоривший по-русски. – Фронта – страшно.
Катуков хмыкнул:
– Страшно… Тут теперь всем страшно.
– Товарищ генерал, они же союзники Гитлера! – вмешался в разговор кто-то из офицеров штаба. – Припекло, вот и пришли сдаваться.
Японец, переводивший своим соотечественникам, вежливо, с улыбкой, поклонился.
– Гитлер им сейчас не защитник, – подытожил Катуков. – Ладно, в плен их брать не будем. Какие из них военнопленные? Будем считать беженцами. Дайте им транспорт и отправьте с разведчиком, который их привёл, в штаб фронта. Там, я думаю, в дипломатах больше разбираются…
Самоходчики подполковника Смирнова по приказу командира корпуса наступали через Блюхерплац по Йоркштрассе. Видя, что Смирнов продвигается успешно, Бабаджанян повернул на его маршрут и остальные бригады. Улицы были перегорожены баррикадами, завалены грудами кирпича и железобетонных конструкций обвалившихся зданий.
В голове колонны гремело и вспыхивало. Там шёл почти непрерывный бой. Оттуда встречным потоком везли и вели раненых. В эти дни были тяжело ранены начальник политотдела 44-й гвардейской танковой бригады подполковник В. Т. Помазнев, командир бригады полковник И. И. Гусаковский, убит майор Н. Е. Золин, исполнявший обязанности начальника политотдела бригады.
По информации, постоянно получаемой от пленных, корпусу противостояли части дивизии СС «Шарлоттен»[54], охранные подразделения и батальоны фольксштурма.
