— По моей команде направляйте свою магию в котёл, ребята.
Бьёрн кивнул и подошёл поближе. Фенрир скосил на него удивлённые глаза и с трудом произнёс:
— Я не думал, что когда-нибудь ещё раз тебя увижу, мелкий. Это ты Уилфреда подговорил попытаться меня спасти? Даже я знаю, что у вас ничего не получится без особого компонента.
— Я всё достал, — лаконично обронил Бьёрн, заставив Сивого побледнеть ещё больше. — Он здесь со мной.
Оборотень, преодолевая слабость, приподнялся на локтях и заозирался по сторонам. А потом заметил стоящего позади Римуса, недовольно разглядывающего деревенский двор, и обессиленно откинулся на шкурах.
— Как ты догадался? — прошептал он одними губами, глядя на Магнуссона.
— Я очень хотел, чтобы ты выжил, — отправил ему мысленное сообщение Бьёрн. — А бросать своего человека не в моих правилах.
— Так это, человека, — криво ухмыльнулся Фенрир. — А я — оборотень, если ты забыл, — и в этот момент произошло сразу несколько событий.
Шаман гортанно выкрикнул и приглашающе взмахнул рукой. Бьёрн тут же поднял палочку и направил в котёл поток магии. Люпин, замешкавшись, последовал его примеру, а ещё через пару минут среди туч показалась луна…
Римус заорал и свалился на землю, обхватив голову руками. Фенрир обратился в белого волка и чёрные язвы на его теле стали ещё шире. Шаман превратился лишь частично, спокойно продолжая помешивать зелье.
— Беги, Вильямс! — из последних сил выплюнул Римус, корчась в судорогах, и окончательно превратился в волка.
Однако в тот момент, когда он ощутил себя на четырёх лапах, то понял, что способен контролировать зверя. Сейчас это был всё тот же застенчивый и неконфликтный Римус Люпин, а не ужасное чудовище, которым он всегда становился в полнолуние. А Вильямс даже не повёл глазами в его сторону, полностью сосредоточась на магической поддержке шамана. Сейчас ему приходилось работать за двоих. К немалому раздражению Люпина, он вообще никак не отреагировал на то, что вокруг него сейчас были одни оборотни. Эка невидаль, магические существа класса опасности ХХХХХ. Люпин даже клацнул зубами от возмущения.
Шаман взмахом руки показал, что помощь Бьёрна больше не нужна. Золотистое зелье будто бы впитало магию и теперь было цвета лунного серебра. Над поверхностью вспыхивали искорки, а края котла начали покрываться инеем. Шаман с натугой приподнял его и вылил всё зелье на лежащего Фенрира. Жидкость, казалось, на секунду зависла в воздухе, сверкая серебряной волной, а потом рухнула вниз и впиталась в тело волка.
Свет луны отразился в глазах Сивого, а чёрные язвы стали пропадать с его тела. Уже через минуту, огромный белый волк поднялся на ноги, задрал морду к луне и протяжно завыл. Словно вторя его вою, со всех сторон раздались похожие звуки, и Бьёрн увидел, как вдалеке за огородами, собирается стая волков. Фенрир рыкнул на Римуса и побежал в поле. Люпин, влекомый могучим инстинктом подчинения вожаку, затрусил следом. В его душе поднималась буря самых разных эмоций. От изумления, что он так легко подчинился незнакомому оборотню, до смутного узнавания и принятия. Так, ребёнок, лёжа у маминой груди, первый раз видит отца и понимает шестым чувством, что это он, тот, кто подарил ему жизнь.
В какой-то момент Люпин смог победить это ощущение и помчался в лес. Ему хотелось уйти подальше и забиться в любую нору. Несмотря на разум в волчьем обличье, он ненавидел его и хотел быть только человеком. Так воспитал его Лайал. Приёмный отец крепко вбил в голову мальчику, что оборотень — это зло. А Римус не хотел быть злым. Сзади взвыла стая и, казалось, бросилась вслед за ним. А впереди всех бежал Фенрир Сивый.
Однако в лесу волки разбежались в разные стороны по своим делам, и только Фенрир проследовал дальше по следу Римуса. Он чувствовал, где находится его сын. Сивый выскочил к озеру, освещённому полной луной, а в промоине под крутым берегом, забился в какую-то щель Римус и скалил оттуда клыки. Фенрир одним прыжком подскочил ближе, на ходу обращаясь в человека.
— И чего ты там спрятался, мальчик? — по-доброму усмехнулся Сивый. — Вылазь оттуда и перекидывайся в человека. Необязательно всё время быть в волчьей шкуре, особенно если тебе в ней не нравится.
Молодой волк напрягся, пытаясь вернуть человеческий вид, но у него ничего не вышло.
— Не надо тужиться, будто ты на толчке сидишь, — засмеялся Фенрир. — Просто пожелай. Это естественная способность истинных оборотней.
Римус тут же превратился в человека, больно стукнулся головой и злобно зашипел.
— Ай! Я же не истинный оборотень, а проклятый. Меня в детстве покусали, отец и мама рассказывали.
Он почесал голову в месте удара и настороженно уставился на Фенрира, который сразу отошёл в сторону, чтобы его не пугать. Сивый был у воды, и Римусу показалось, что он стоит на краю светящейся лестницы, которая идёт до самой луны.
— Я твой отец, — не глядя на него, проговорил Фенрир. — А ты полукровка. А значит, если будешь жить со стаей, то сможешь без проблем себя контролировать во время полнолуния.
