В районе старых доков гулять было негде, если вы, конечно, не хотите нарваться на неприятности. Питер хоть и прожил здесь всю жизнь, но тоже не чувствовал себя в безопасности, старательно обходя компании курящих подростков и не заглядывая в тёмные подворотни. Однако сейчас это было связано не с тем, что Питер боялся подвергнуться насилию, нет. Он опасался убивать людей рядом с домом. А убийство магглов, которые совершенно ничего не понимали в магии, казалось довольно лёгкой задачей. Тем более, с помощью тех заклинаний, что усердно изучал Петтигрю каждое лето. Он ещё никого не убивал, но считал, что при необходимости сможет это сделать. В книгах этому аспекту волшебства придавалось особое значение. Большую часть лета, когда не помогал матери по дому, Петтигрю проводил в парках и других местах, где было много людей. Он зарабатывал деньги, которые помогали матери жить безбедно.
Вот и сейчас Питер сидел в парке под деревом, подстелив под себя взятый из дома коврик. Тепло, август, ветерок и запах стриженого газона. Он с удовольствием втянул воздух и снова принялся за тренировку. На куске старой газеты перед пухлым юношей лежала белая дохлая мышь. Труп был свежий, Питер купил лабораторных мышей с запасом, но к концу лета ни одной уже не осталось. Тренировки по старинным свиткам, которые регулярно приносили неизвестные волшебники, нравились пухлому гриффиндорцу. Едва Питер научился управлять ни с чем не сравнимой энергией смерти, его радости не было предела.
С тех самых пор, когда он в первый раз увидел высокого, худощавого мужчину, глаза которого мерцали красным светом, прошло уже несколько лет. Он со своим беловолосым товарищем в тот раз фактически спас Питера. Непонятная гибель местных гопников, которые хотели над ним надругаться, несомненно, привела бы к огромным проблемам как для самого мальчика, так и для его матери. Однако всё сложилось как нельзя лучше. В волшебном банке на его имя был открыт счёт, с которого Питер регулярно снимал галеоны для приобретения хороших вещей и дополнительных учебников. На те жалкие средства, что выделялись советом попечителей, купить можно было только самое дешёвое, да и то, как правило, магглорожденным приходилось довольствоваться услугами старьёвщика или родительскими средствами.
У Питера с этим проблем не было. Денег хватало, чтобы миссис Петтигрю не работала, занимаясь домашним хозяйством. А ещё каждое лето в его комнате словно из воздуха появлялись книги. Правда, чтобы их понимать, ему пришлось выучить латынь, староанглийский и ещё несколько давно мёртвых языков. Но Питер знал, ради чего он это делает. Тот маг сказал, что у Петтигрю есть талант, и когда закончит Хогвартс, то волшебник заберёт его к себе. Всё о чём говорил тогда маг, сбылось. А значит, он действительно талантлив и зачем-то нужен этому волшебнику. Иначе, почему тот столько лет ему помогает, пусть и не показывается на глаза?
Питер знал, что такое благодарность, и собирался отплатить верной службой своему благодетелю. Ведь за эти годы он ни разу не видел слезы и скорбные морщины на лице матери. Миссис Петтигрю была счастлива, всецело посвящая себя заботам о сыне. А когда тот был в Хогвартсе, она занималась рисованием. Её полотна даже покупали в специализированных магазинах. Пусть это не приносило больших денег с учётом стоимости красок, кистей и холстов, однако женщина нашла своё призвание и была благодарна неизвестным магам не меньше чем Питер.
Белая мышь внезапно зашевелилась, повинуясь воле подростка, и уставилась на него алыми бусинами глаз. От живой она отличалась только температурой тела. За пять лет Петтигрю научился управлять мёртвыми существами. Они как будто становились ещё одной рукой, выполняя всё, что бы он ни захотел. С помощью мелких грызунов Питер мог разузнать любую информацию и проникнуть куда угодно. А с учётом того, что Питер научился превращаться в крысу, то его навыки шпионажа ещё более увеличились.
Мёртвая мышь шустро побежала по траве в сторону лавочки, на которой увлечённо играли в шахматы пожилые джентльмены. Питер прикрыл глаза, сосредоточившись на своём подопечном. Когда мышь незаметно ухватила зубами несколько купюр с изображениями королевы и Кристофера Рена из бумажника ротозея, он чуть не потерял концентрацию. Зверёк спрыгнул с лавочки в траву и шустро заработал лапками. Вскоре в руке Питера приятно хрустели три банковских ассигнации по пятьдесят фунтов.
«Прекрасное начало дня и отличная тренировка», — Питер мысленно потёр ладони и вновь сосредоточился на своём мёртвом помощнике. Такой улов попадался нечасто. Обычно из портмоне зазевавшихся простецов не удавалось вытащить больше двадцатки. Но даже так, Питер за лето натаскал почти пять тысяч фунтов, и они с мамой сделали хороший ремонт.
— Я смотрю, у тебя неплохо получается, мой юный друг.
Вкрадчивый шипящий голос заставил Питера вздрогнуть. Мёртвая мышь замерла у него на коленях, в её пасти торчала очередная купюра. Петтигрю заполошно поднял голову и увидел смутно знакомого волшебника
