— Шайсе! Да я и чувствую себя значительно лучше, — рассмеялся Геллерт. — Твоя идея добавить к сыворотке зелье «Удачи» оказалась диво, как хороша. Кроме того, что я навсегда забыл об этой заразе, так ещё в источнике стали образовываться крохи магии. Это позволяет не чувствовать себя древней развалиной, как раньше. В связи с этим хочу тебя предупредить. Своим наглым поступком ты наделал много шума. Ко мне только сейчас перестали таскаться всевозможные комиссии из МКМ. Не знаю, как тебе удалось уйти от слежки, но это, наверное, ваш Мерлин тебе помог, — хмыкнул Гриндевальд. — В общем, если Альбус начнёт тебя расспрашивать, не удивляйся. Полагаю, его проверяли в первую очередь.
Бьёрна пробил озноб. О том, что авроры МКМ могли за ним проследить до самого «Дырявого Котла», если бы он жил там, юноша не предполагал.
— Впредь буду осторожней, — прикусил губу Магнуссон, — но я не мог оставить вас там без помощи. Я же видел, как вам тяжело!
— И я тебе за это действительно благодарен, малыш, — Гриндевальд серьёзно кивнул. — Если бы не ты, боюсь, я бы сошёл с ума.
— И тогда вы бы не смогли меня больше учить, — Бьёрн весело прищурился, постаравшись казаться хитрее.
— Шайсе, мальчишка, — расхохотался Гриндевальд. — Из тебя выйдет отличный Тёмный лорд!
— Я же слизеринец, — с явной самоиронией ухмыльнулся Магнуссон. — Нас учат, что о собственной выгоде забывать нельзя. Это только гриффиндорцы способны на безумные поступки.
— Правильный подход, одобряю, — Гриндевальд создал себе бокал пива. Критически его осмотрел и добавил небольшую шапку пены. — Ум-м, какая прелесть! — по комнате тут же распространился запах хорошо сваренного пива. — Если б ты ещё ящик Берлинского светлого передал, боюсь, на моей родине ввели бы военное положение. В МКМ решили бы, что это реваншистский жест недобитых гриндевальдовцев. А так все просто подумают, что Альбус позаботился о здоровье старого друга, лелея надежды на моё раскаяние. Тут даже доказательства не понадобятся. В Англии вообще, мало кто знает, где находится Нурменгард.
— То есть, я ещё и директора подставил? — тяжело вздохнул Бьёрн, шлёпнув себя по лбу. — Похоже, знакомые гриффиндорцы на меня плохо влияют.
— Это в тебе гормоны просыпаются. А Альбусу будет полезно понервничать, — злорадно рассмеялся Геллерт. — Ладно, мне не стоит долго задерживаться тут с тобой. Последнее время сыщики из МКМ полюбили неожиданные проверки моих тюремщиков. Ну и меня заодно контролируют. Так что теперь у нас служба идёт по всем правилам. А то расслабились, хе-хе, за столько-то лет. Я сброшу тебе сейчас пакет по созданию порталов и родовые знания Гриндевальдов, как противостоять ядам, зельям и вообще, мгновенно очищать кровь от любого влияния. Ты растёшь, а значит, скоро может начаться на тебя охота, как на потенциального жениха. Мисс Блэк теперь учится в другой школе, спасти тебя некому.
Гриндевальд беззаботно рассмеялся, допил пиво и пропал. На столе сама собой сформировалась стопка древних фолиантов с гербом Гриндевальдов.
А Бьёрн вышел из чертогов разума и вновь оказался в «Выручай-комнате». «Предупреждение тёмного лорда не лишнее, — решил Бьёрн, — надо будет продумать, что отвечать директору, если он всё-таки меня позовёт».
Щедрый подарок тёмного лорда Магнуссон изучал почти до Йольских праздников. Его по-настоящему восхитил этот раздел родовой магии немецких волшебников. Как оказалось, Гриндевальды с успехом применяли магию крови. Поэтому Геллерта не могли сломать ни вливаемые в него литры «Сыворотки правды», ни прочие зелья, подавляющие разум и чувства, ни даже яды. Секретные техники старинного немецкого рода позволяли не бояться ничего из того, что за тысячелетия придумали зельевары.
Мастера крови, которых хватало в предках Гриндевальда, вызывали опасение у самых серьёзных волшебников. Геллерт написал в одном из свитков, что ещё в молодости смог так заколдовать каплю крови Дамблдора, что тот не мог ему никак навредить. Только когда кулон с зачарованной каплей удалось выкрасть, Дамблдор решился противостоять ему.
Изучение крови хорошо сочеталось со знаниями, которые Бьёрн получил от своих предков. Всё вместе давало очень интересные перспективы. «Жаль, что отец не разбирался в магии крови так, как учитель», — с грустью подумал Магнуссон. Как оказалось, разный цвет глаз Гриндевальда тоже не являлся обычной гетерохромией. Правый глаз позволял, пусть и недалеко, видеть варианты будущего. По воле русских магов, в какой-то момент любые вероятности показывали Гриндевальду лишь один исход, и это было по-настоящему страшно. Понимать, что случится дальше и не видеть возможности, что-либо изменить. Предопределённость и обречённость. Может, Гриндевальд потому проиграл, что не смог вырваться за рамки собственных предсказаний?
***
