Питер заметался, раздумывая поднять первым делом инферналов или вначале выполнить указание. Создание нежити было интересней, к тому же дарило ни с чем не сравнимое удовольствие. Однако лорд серьёзно сказал, что в случае наступления этого события, следует действовать немедленно, ни на что не отвлекаясь. Питер вздохнул, но ослушаться не решился.
Волдеморт читал его память как открытую книгу и узнавать, что будет в случае нарушения приказа, Питер не хотел. Поэтому он со вздохом положил шар в карман и взмахом палочки вызвал сразу двадцать инферналов из-под воды. Когда чудовища появились, он сформировал из них плот. Через минуту толстый подросток весело топтался на омерзительном плавательном средстве, держась за услужливо подставленную лапу одного из инферналов. Петтигрю давно не было противно касаться мёртвой плоти.
— Вперёд! На абордаж! — завопил весело Питер, не обращая никакого внимания на трупную вонь. Инферналы зашевелили конечностями, и чудовищный плот быстро двинулся вперёд под довольный смех гриффиндорца. Вскоре он достиг острова, где мечтал давно побывать.
Питер с любопытством осмотрелся по сторонам и разочарованно хмыкнул. Просто груда камней посредине озера. Единственное, что привлекало внимание, так это алтарь из белого мрамора на самой вершине. Чертыхаясь, подросток осторожно полез по камням наверх и увидел на алтаре старинную чашу, серебряный медальон и свиток пергамента. Всё, как обещал лорд.
На пергаменте была записана простая инструкция. Питеру следовало убить трёх магглов или одного волшебника, а кровь слить в чашу. После чего бросить туда медальон. Больше ничего делать было не надо. Просто ждать, и лучше находиться в стороне от места проведения ритуала, чтобы ненароком не стать его частью.
Питер привык доверять Волдеморту, поэтому быстро достал из камня три заготовки под инферналов, как он про себя называл несчастных пленников. Затем недрогнувшей рукой перерезал им по очереди горло над чашей. К его удивлению, небольшой старинный артефакт, стилизованный барсуками по периметру, смог вместить в себя всё, и даже не заполниться до краёв. Хмыкнув над интересной загадкой, Питер осторожно, не касаясь руками, поднял в воздух красивый серебряный медальон.
Внезапно ему нестерпимо захотелось притронуться к артефакту, одеть его на шею. Тот казался безумно соблазнительным, но Питер только презрительно хохотнул. Подобные вещи на юного последователя тёмной магии не действовали давно. Природная защита прирождённого некроманта сама избавляла от множества проблем, поджидающих обычного волшебника, окажись тот на его месте.
Медальон утонул в чаше, и давление спало, а Питер немедленно бросился вниз, даже не оглядываясь. Он запрыгнул на свой импровизированный плот, и инферналы, служившие мотором, дружно забили конечностями, толкая вперёд. Вскоре остров остался далеко, а Питер ступил на камень, отпустил инферналов и сжал в потной руке портал. Он чувствовал, что с каждой секундой оставаться в пещере становится небезопасно.
***
— А-а-а! — завопил Волдеморт, очнувшись на ледяном мраморе алтаря посреди острова. Спина заныла от пронизывающего холода. Рядом на камнях валялась чаша и медальон Слизерина. Всё тело трясло, будто от озноба, плыло волнами, на коже то появлялась, то исчезала чешуя. В распахнутом рту образовывались и пропадали змеиные клыки и раздвоенный язык. Наконец, всё завершилось, и Волдеморт вновь стал почти человеком.
— Проклятый Дамблдор… — простонал тёмный лорд, распахивая змеиные глаза. — Проклятый Дамблдор, чтоб ты сдох, старик! — заорал он надрываясь. Во все стороны хлынула вода, формируя огромную волну. Вокруг острова взлетели в воздух почти сотня инферналов. Их глаза вспыхнули алым цветом, они закружились вокруг Волдеморта. Он вдруг начал чувствовать просто небывалую мощь во всём теле и торжествующе расхохотался.
Волна, ударившись о далёкие стены, уже шла обратно, но Волдеморт лёгким взмахом руки успокоил всю поверхность озера. Из его рта выползла маленькая белая змея с чёрными пятнышками на спине, скользнула в руку и превратилась в волшебную палочку.
Через час, освоившись с новыми возможностями, Волдеморт создал из медальона Слизерина прекрасную ловушку. Затем преобразовал алтарь в мраморную чашу и капнул туда то, что заменяло ему кровь, а затем произнёс неснимаемое проклятье «Сны наяву». Теперь медальон нельзя было достать, не проглотив яд. Тот, кто его выпивал, получал смертельный удар на нескольких уровнях. Зелье туманило разум, вызывая самые страшные иллюзии, которые только мог вообразить человек. Но это был всего лишь первый уровень магической атаки.
