Араминта проснулась от настойчивого стука. В окно барабанил большой важный ворон, к лапе которого был прикреплён цилиндр с посланием. Женщина потянулась за палочкой, лежавшей на прикроватном столике, и впустила птицу. В послании было сообщение от Принца. Зельевар закончил варку и приглашал её забрать заказ. Медлить Мелифлуа не стала и уже после обеда появилась возле особняка старого волшебника.
— Здравствуйте, леди, — сухо приветствовал Араминту лорд Принц. — Ваше зелье готово.
Он протянул ей маленький фиал, в котором рубиновым цветом что-то неярко светилось.
— Хорошо, что вы смогли достать так много ингредиентов, — помялся зельевар. — Состав очень капризный. Даже мне со всем моим мастерством, пришлось несколько раз всё переделывать. Как оказалось, здесь важно учесть время года, фазы луны и даже толщину стенок золотого котла. А добиться необходимой чистоты фракций различных веществ — почти непосильная задача.
— Главное, что есть результат, милорд, — улыбнулась женщина. — Надеюсь, вы получили удовольствие от этой работы. Я передам мистеру Вильямсу, когда он поправится, кого следует благодарить за своё спасение.
— Ой, да бросьте, леди Мелифлуа, — глаза зельевара потеплели. — Если бы не ваша энергия и настойчивость, я бы вряд ли когда-либо взялся за такое сложное зелье. Всё же оно действительно уникально в своей изменчивости, и я получил кучу приятных моментов в процессе варки. В каком-то роде оно напоминает мне ветреный женский характер.
— Ещё раз благодарю вас, лорд, — легко поднялась Араминта. — Я была рада своим заказом немного разбавить вашу скуку.
— Если когда-нибудь вам понадобится что-то невозможное, с чем не справится никто другой, — Принц тоже поднялся и предложил ей руку. — Присылайте сову, дорогая. Вам — я обязательно помогу.
Попрощавшись со старым зельеваром, Араминта тут же трансгрессировала в Мунго. Через несколько минут она постучалась в знакомый кабинет целителя.
— Входите! — раздался голос Сметвика. Гиппократ в лимонном халате сидел за рабочим столом и заполнял очередную карточку пациента. Стопка требующих внимания документов, угрожающе покачивалась, собираясь свалиться на пол.
— Добрый день, Гиппократ, — Араминта осторожно присела на краешек стула. — Как там мистер Вильямс? Зелье, о котором вы мне говорили, удалось наконец-то сварить.
— Это же замечательно! — просиял Сметвик. — Пойдёмте скорей. А то, несмотря на всё наше лечение, мистер Вильямс тает словно свечка, — и он мгновенно подскочил со стула, отбрасывая бумаги.
Изумлённая Араминта едва поспевала за стремительно шагающим целителем. Полы лимонного халата развевались как крылья за его спиной. Наконец, они достигли нужной палаты, и Сметвик открыл перед ней дверь.
— Заходите, моя дорогая. Сейчас мы посмотрим, как подействует это чудо-средство. Всегда хотел провести подобный эксперимент!
Араминта озадаченно покачала головой, глядя на взбудораженного целителя, но спорить не стала. В конце концов, именно для этого она сюда и пришла. Вильямс неподвижно лежал на кровати, Мелифлуа неприятно поразило его состояние. От пышущего здоровьем парня осталась бледная тень. Ввалившиеся глаза, тоненькие руки-веточки, серая кожа. Ей показалось, что он находится на последнем издыхании. В носу юноши торчала полупрозрачная трубка, через которую сосредоточенный домовик вводил с помощью шприца питательную смесь.
— Магия на него действует плохо, чаще рассеивается, — пояснил Сметвик. — Поэтому кормим пациента через назогастральный зонд. Хорошо, что домовик у него смышлёный. Толку, правда, в еде немного. Его источник постоянно пуст, магия куда-то исчезает. А иногда, как видишь, прана тоже расходуется неизвестно на что, вот и худеет.
Дождавшись, когда домовик закончит кормление, Сметвик предложил Араминте самой напоить Магнуссона зельем. Та залила в зонд рубиновую жидкость и затаила дыхание, ожидая увидеть хоть какой-нибудь эффект, но ничего не произошло. Рядом разочарованно крякнул Сметвик.
— Кхм! Как и говорилось в инструкции, зелье не действует сразу. Должно пройти какое-то время, да… а я надеялся.
Они ещё немного постояли, а потом Гиппократ повёл расстроенную Мелифлуа к себе в кабинет. Достав из шкафа бутылку Огденского, он осторожно разлил виски по рюмкам.
— Давайте выпьем, дорогая Араминта. Вам надо успокоиться. Вы и так сделали для него больше, чем кто бы то ни было. Как я говорил, мозг — штука сложная.
Араминта подавленно молчала. Через какое-то время она подняла взгляд на целителя.
— Сообщи мне, пожалуйста, Гиппократ, если будут изменения. Не представляю даже, что я буду говорить Веге, когда она вернётся из Шармбатона.
— Я вас понимаю, — вздохнул Сметвик. — Проблемы детей — наши проблемы.
Он проводил её к выходу и пообещал сразу прислать сову, если что-то изменится. Не успел Сметвик подняться по ступеням, как сзади его окликнул грубый рычащий голос. Немедленно развернувшись, целитель увидел старых знакомых. За эти месяцы, что Горбин, что оборотень стали частыми гостями в Мунго.
