— Как здоровье малыша, лимонный халат? — Фенрир доброжелательно оскалился и протянул Сметвику для пожатия огромную лапу. — Если что-то надо, целитель, ты говори, не стесняйся. Может, травки какие волшебные?
— Эмм... спасибо, Сивый. У нас всего хватает. Здоровье мистера Вильямса тоже скоро станет лучше. Леди Араминта принесла особое зелье, которое должно помочь.
— Мы посидим у него недолго? — проскрипел Горбин. — Весна, на улице тепло, а он — там. Обидно…
— Конечно. Проходите, господа, — Сметвик вместе с гостями вошёл в лечебницу.
***
Лорд Модброк готовился к важному ритуалу. Звание великого мага и конунга в прежние времена был способен получить только глава рода Магнуссонов, но теперь Харальд не без основания считал себя самым сильным волшебником Норвегии. На крошечной площадке, с которой открывался прекрасный вид на холодное Северное море, были сложены четырёхугольником брёвна. Вокруг места проведения ритуала стояли доверенные воины. В первом ряду, сверкая глазами, в нетерпении вертелся Инглинг.
Древняя магия ритуала, по-видимому, позволяла перейти на другой уровень и сравняться с самыми могущественными волшебниками. По крайней мере, все были уверены, что у Магнуссонов выходило именно так. Последним конунгом был дед покойного мальчишки. И сейчас никто не мог помешать рыжебородому Харальду стать равным великим магам прошлого.
Обнажённый по пояс Модброк по очереди зажёг огонь с каждой из четырёх сторон. Он дождался, пока пламя взметнётся в небо и приказал подвести пленников. Пойманных недавно волшебников из клана Медведей поставили перед ним на колени. Харальд, читая заклинания, по очереди подходил к каждому и перерезал тому горло. Из-за этого огонь вспыхивал ещё яростней. После гибели последнего пленника, пламя загудело, превращаясь в цилиндр света.
— Вопрошаю вас, боги! — проревел Модброк. — Достоин ли я стать новым конунгом Севера и великим волшебником?
Он смело шагнул в магический огонь, ожидая, что тело наполнится новыми силами. Однако этого не произошло. Просто слабое тепло стало согревать кожу. Внезапно он пошатнулся, а потом перед глазами, калейдоскопом замелькали картинки. Харальд увидел момент убийства последнего Магнуссона и то, как красивая черноволосая женщина и уродливый старый домовик аппарировали с телом подростка в Англию. Незримым духом Харальд пронёсся по коридорам лечебницы и оказался в палате на пятом этаже, где находился сейчас мальчишка. И пусть тот напоминал мумию, однако был ещё жив!
Пламя погасло, Модброк стоял на пепелище, бледный от бешенства и разочарования. Он перевёл взгляд на свои дрожащие пальцы и сжал кулаки. Заметив состояние лорда, воины зашептались, а глаза Инглинга наполнились непониманием.
— Что-то случилось, милорд? — Лиулфр сочувственно смотрел на вождя, глядя, как у того побелели кулаки и дрожат губы. — Ритуал прошёл неудачно? У вас было видение?
— Авада кедавра! — проревел Модброк, срываясь на визг. На его губах выступила пена, он в бешенстве оглядел попятившихся людей.
Не успевший ничего сделать Лиулфр повалился на камни сломанной куклой. Модброк перевёл безумный взгляд на Снорри.
— Ах ты, волчье дерьмо! Почему вы двое не проконтролировали, действительно ли мальчишка сдох? — реву Харальда сейчас мог бы позавидовать лесной тур. Снорри смертельно побледнел, не решаясь говорить. Еле сдерживая неистовое желание убивать всех вокруг, Модброк неотвратимо двинулся в его сторону. И тут перед взбешённым лордом появилась хрупкая фигурка сына.
— Остановись, отец! Нельзя убивать своих людей! — звонко крикнул Инглинг и смело посмотрел в глаза обезумевшего лорда.
— Уйди прочь! — легко отмахнулся от него Модброк. Сына словно пушинку подбросило в воздух, и он рухнул спиной на камни. В позвоночнике ребёнка что-то страшно хрустнуло, а воинов раскидало в стороны магическим детским выбросом. Взметнувшийся пепел накрыл всё вокруг серым саваном.
— Инглинг! — Огибая камни, к месту ритуала бежала леди Модброк, отчаянно крича. — Мой сын! Что же ты наделал, Харальд?!
Она птицей подлетела к ребёнку и взмахом палочки подняла его в воздух. Мальчик висел без движения, запрокинув голову. На обсыпанном пеплом восковом лице ребёнка протаивали дорожки слёз. В глазах Модброка появились первые искры разума, он испуганно посмотрел на сына, а затем закрыл лицо руками и глухо застонал.
Вызванный целитель удостоверил несчастный случай. Из-за магического выброса, который произошёл в момент перелома позвоночника, Инглинг навсегда остался калекой. Хуже того с этими нарушениями, мальчик через несколько лет станет сквибом или даже маглом.
— Будь ты проклят, Харальд! Будь… ты… проклят, мерзкий эрги! — леди Модброк швырнула в мужа обручальное кольцо и выскочила из кабинета.
Лорд перевёл полный безумной надежды взгляд на целителя, но тот только покачал головой и сказал, внутренне холодея:
— Это неизлечимо, милорд. Вашему наследнику нельзя помочь. Простите… я…
— Авада кедавра! — и бездыханный лекарь ткнулся лицом в стол. — Ааааа! — заревел Модброк и принялся крушить кабинет, не в силах поверить в свалившееся на него несчастье.
