Бьёрн удивлённо посмотрел на Типли. Тот никогда не рассказывал ему о доме. При попытках его расспросить, которые Бьёрн предпринимал ещё тогда, когда жил в приюте, Типли начинал дёргать себя за уши и ругаться. Оказывается, кормилица Бьёрна взяла с домовика обещание, что он расскажет всё только тогда, когда маленький хозяин сможет за них отомстить. Решив, что потом выяснит у домовика всё о собственном замке, Бьёрн наложил на всех троих невидимость и попросил эльфа:
— Перенеси нас, пожалуйста, к дому миссис Бэгшот.
Домовик радостно кивнул и схватил тёплыми лапками Бьёрна и Гуннара. Через мгновение они оказались посреди знакомой улицы, напротив домика Батильды Бэгшот. Заходить к старушке Бьёрн не стал, на это сейчас просто не было времени.
— Вот тот коттедж, — он показал рукой на стоя́щий чуть дальше двухэтажный домик в очень плачевном состоянии. — Только надо сделать всё тихо. Тут недалеко жилище нашего директора. Профессор Дамблдор здесь бывает очень редко, но лучше нам не привлекать его внимание.
Они быстрым шагом направились к указанному дому. Кому принадлежал этот участок, Магнуссон не знал, но сколько раз был в деревне, тот всегда стоял пустым. Неухоженный двор зарос травой, а в самом доме часто ночевали бродяги. Сейчас здесь никого не было, и Бьёрн немедленно принялся за работу, попросив Гуннара немного отреставрировать дом, и создать иллюзию, что здесь кто-то живёт. А сам принялся с помощью магии вырезать руны по периметру участка, а потом и на здании.
Три часа понадобилось ему, чтобы превратить коттедж в смертельную ловушку. Бьёрн попросил Типли купить в «Дырявом Котле» еды на двоих, бутылку пива Гуннару и кувшин любимого сока. Он, когда волновался, часто хотел что-нибудь пожевать. Через десять минут, расположившись вокруг стола в гостиной, они с Гуннаром с удовольствием ели жареное мясо, макая его в томатный соус. Горячие хлебные лепёшки и множество зелени служили прекрасным дополнением позднему ужину. А пиво, к удовольствию Свардхисона, оказалось свежим и горьким.
Ночь прошла спокойно, Гуннар спал внизу на диване, а Магнуссон трансфигурировал себе кровать на втором этаже в маленькой уютной комнатке с окном. «Наверно, здесь раньше была детская, — улыбнулся про себя Бьёрн, — и может, ещё будет, когда у старого коттеджа появится новый хозяин. Если Эрлинги его не разрушат», — пришла в голову совсем мрачная мысль, но Бьёрн тут же постарался её отбросить. Все изученные книги по магии утверждали, что в свою победу надо верить, иначе ничего не получится.
На следующее утро он ещё раз перепроверил руны, добавил ловушек, а потом постарался всё спрятать как можно тщательней. Ближе к обеду, когда Магнуссон уже собирался попросить Типли принести ещё еды, Свардхисон, который расставил везде сигнальные чары, вздрогнул и прошептал:
— Они здесь, прямо перед домом. Трое лучших волшебников клана волка и сам Мортен Эрлинг. Я, конечно, верю в твою задумку, но думаю, что они нас убьют. Ты просто не понимаешь, насколько опасны эти волшебники.
Бьёрн взял со стола стакан с апельсиновым соком, лениво отхлебнул кислого напитка и посмотрел на Свардхисона безжалостными медвежьими глазами, слегка улыбаясь. По телу Гуннара неосознанно проскочил озноб. Сейчас юный Магнуссон совсем не ощущался ребёнком. Наоборот, он выглядел, как голодный дракон, который заманил в своё логово доверчивых путешественников.
— Они уже мертвы, — коротко улыбнулся Бьёрн, продолжая наслаждаться соком. Он был спокоен, и в отличие от Гуннара, даже не вытащил палочку. — Эрлинги ещё двигаются лишь благодаря моей воле. Их источники заблокированы. В этом чудесном месте колдовать можем только мы. Не волнуйтесь, дядя Гуннар, — Бьёрн похлопал по руке напряжённого как струна Свардхисона, — они в смертельной ловушке и уже ничего не смогут с этим поделать, даже убежать. Хотите ещё пива?
***
Эрлинг стоял на лужайке перед невзрачным двухэтажным коттеджем, в котором, по словам толстого маггла, жил на каникулах последний из Магнуссонов. Деревушка была смешанным поселением, правда, на улицах не было видно ни одного человека. Какое-то смутное чувство завладело им едва они только вошли во двор. Что-то мешало Мортену просто войти в дом, где судя по результатам сканирования, находились двое волшебников. Его лисья физиономия скривилась от противоречивых чувств. Подобного с ним никогда не случалось и то заставляло злиться. Всё же семья Магнуссонов имела очень недобрую славу. Сжечь всё «Адским пламенем» было крайне заманчивой идеей, но Мортен обещал Модброку, что привезёт голову мальчишки. Пересилив себя, несмотря на вопящее чувство опасности, он негромко приказал:
— Заходим в дом, парни. Нужные нам цели на первом этаже в гостиной. Больше вокруг никого нет. Как войдём, сразу без разговоров, кидайте «Аваду». На таком расстоянии увернуться никто не успеет, а магической защиты от «непростительного» нет. Даже если мальчишка что-то сообразит, будет поздно. Главное — чтобы голова Магнуссона оставалась целой. Лорд Модброк хочет показать её на тинге, как знак нашей окончательной победы.
