- А разве не о конце войны мы с тобой мечтали на берегу? Одно сражение – и вечный мир!
- Я не об этом мечтал. – уточнил Старбак.
Душевные терзания друга он понимал и уважал, но не сейчас же? Пока Натаниэль опоясывался, пристёгивал саблю с кобурой и забирался в седло, подъехал Ридли.
- Я собираюсь найти твоего отца и доложить ему о самоуправстве Птички-Дятла, Адам. – оповестил Ридли Фальконера-младшего, демонстративно игнорируя Старбака.
Адам смотрел вниз, на ряды шагающих на север соседей и знакомых:
- Ты, правда, видел у Седли северян, Нат?
- Как тебя, Адам. Сразу, как с вами расстался. Они даже стреляли в меня, преследовали…
Преследовали, впрочем, недолго. Отстали в лесу за пять минут до того, как Старбака сцапали луизианцы. Ребята Эванса, вполне удовлетворившись поимкой Натаниэля, лезть за броды, чтобы проверить предупреждение пленника, не стали.
- Лжёт, - высокомерно бросил Ридли.
Старбак дёрнулся к нему, и Ридли побледнел. Натаниэлю хотелось вцепиться в горло подонку, но он не хотел убивать Ридли при Адаме. Нет, Натаниэль прикончит Ридли в хаосе сражения. Попозже.
- Янки идут к Седли, - повторил Старбак, - Кроме нас, некому их остановить.
Адам колебался, мучительно пытаясь примирить в уме страстную убеждённость друга в том, что левое крыло армии в опасности, и следовавшую из этой убеждённости неправоту отца.
- Фермопилы, Адам. Представь себе, что это Фермопилы.
- Фермо… что? – подозрительно осведомился Ридли.
Итен Ридли никогда не слышал ни о Фермопилах, ни о царе персов Ксерксе, предпринявшем обходной манёвр, чтобы победить греков. Не слышал Ридли и о греческом царе Леониде, с тремя сотнями спартанцев легшего костьми, чтобы дать отступить остальному войску. А вот Адам слышал, и, хоть Натан Эванс мало походил на древнего героя, настоящее сходилось с прошлым у церквушки Седли. В глазах Адама Фальконера его земляки, марширующие туда, вдруг оделись в бронзовые кирасы и обзавелись гоплонами. Они шагали навстречу бессмертию, но с ними не было их Леонида, с Легионом Фальконера не было полковника Фальконера. Адам стиснул зубы. Что ж, зато с ними будет капитан Фальконер.
- Сражаться, так сражаться. – сумрачно сказал Адам.
- Тебе надо к отцу ехать! – запротестовал Ридли.
- Нет. – покачал головой Адам, - Я иду с Натом.
Ридли открыл было рот, намереваясь продолжить уговоры, но вдруг его осенило. Кронпринц переметнулся на сторону врага, и место наследника престола вакантно.
- Как хочешь. – холодно сказал он, поворачивая лошадь, - Я еду к твоему отцу.
Адам поёжился:
- Мне страшно.
- И мне. – признался Натаниэль, отгоняя возникшее перед глазами видение оторванной ноги, в облаке кровавых брызг взлетающей над дорогой, - Но янки тоже страшно, Адам.
- Надеюсь. – пробормотал Адам, посылая жеребца вдогон Легиону.
Старбак поспешил за ним.
Высоко-высоко в небо взмыла гаубичная граната, оставляя дымный хвост, и канула в зелёное лесное море.
Было только девять утра.
Майор Бёрд приказал двигаться колонной поротно, исходя исключительно из соображения, что так будет легче стронуть Легион с места. Каждая рота должна была маршировать линией в четыре ряда глубиной, по двадцать человек в ряд. Таким образом, роты, построившись последовательно, образовывали широкую колонну со знамёнами в центре и оркестром в арьергарде.
Увы, манёвр, идеально отработанный на идеально ровных лужайках под Фальконер-Куртхаусом, на холмах у Булл-Рана повторить столь же идеально оказалось невозможно. Мешали ямы, ограды, заросли смородины, ручейки, канавы, бугры. Пересекая тракт, Легион ещё сохранял строй, а на противоположном склоне разваливался, и колонна превращалась в толпу.
Но настроение у толпы было отличное. Торчать на выпасе, куда время от времени прилетали заблудившиеся вражеские снаряды, легионерам не улыбалось, движение же прогоняло невесёлые думы и напоминало славные деньки в тренировочном лагере. Звучали шутки, смех. Большинство легионеров пришли к выводу, что Бёрду за его сумасбродство полковник непременно намылит шею, но это была головная боль Бёрда, не их.
Старбак и Адам отыскали майора, шедшего в середине колонны рядом со знамёнами. Натаниэль нагнулся в седле и отдал Ле-Ма хозяину:
- Ваш пистолет, сэр. Он, кстати, не был заряжен.
- Ну да. – хмыкнул Бёрд, пряча оружие в кобуру, - Я же не хотел, чтобы вы, молодой человек, шлёпнули кого-нибудь с перепугу.
Окинув взглядом втягивавшийся под сень леса впереди людской поток, Бёрд хихикнул. «Элитные войска» Вашингтона Фальконера, его «Императорская гвардия» во всей красе!
- Сэр? – Старбак почудилось, будто Бёрд что-то сказал.
- Нашему бравому Легиону пристало бы демонстрировать бОльшую вышколенность, не находите, мистер Старбак?
Натаниэль указал вверх, где деревья на гребне расступались:
- На той стороне холма, похоже, поляна, сэр. Там и восстановим строй.
Интересно, вдруг подумалось Бёрду, а ведь северянин, вероятно, именно этим путём ехал с полковником, когда тот пытался спровадить его обратно в Бостон.
