Медленно и обстоятельно Адам разорвал конверт с приказами о наступлении пополам, затем ещё раз пополам, и ещё, и ещё… Он рвал конверт с документами торжественно, словно рвал саму ткань истории. Когда от пакета осталась груда клочков, Адам брезгливо стряхнул их в заполненную водой придорожную канаву. И почувствовал умиротворение. Он лишил победы целую армию. И от этой мысли тяжкий груз сомнений и тоски, тяготивший последние дни, исчез с его плеч долой. Адам выпрямился в седле и погнал коня на запад.
Спустя полчаса майор Фальконер подъехал к домику, в котором расположился генерал Хьюджер со штабом. Для начала он с настойчивостью на грани грубости добился того, что Хьюджер поставил закорючку в расписке, и лишь после этого выдал генералу конверт с приказом о передаче Лонгстриту части солдат. Хьюджер распечатал пакет и вчитался в предписание. Генерал Хьюджер был человеком тщеславным, гордящимся своими французскими корнями. В армии развалившихся США он сделал головокружительную карьеру и находил удовольствие в том, чтобы сравнивать бывших работодателей с нынешними не в пользу последних.
- Я не понимаю… - сварливо сказал генерал Адаму.
- Простите, сэр?
Фальконер стоял с адъютантами Хьюджера на веранде, выходящей к ручью Гиллис-крик. Дом был расположен так близко к Ричмонду, что Адам видел крыши и трубы города за пристанями Рокетт-лэндинг, у которых торчали мачты и реи дюжины судёнышек, запертых здесь запрудой у Друри-Блеф. В конце луга, уставленного фургонами и пушками дивизионной артиллерии протянулось вдоль ручья полотно Ричмонд-Йоркской железнодорожной ветки. В меркнущем свете уходящего дня по дороге с пыхтеньем двигался локомотив, волокущий в сторону города состав платформ, на которых разместились воздухоплаватели Конфедерации. Для того, чтобы сшить им воздушный шар, модницы Ричмонда пожертвовали своими шёлковыми платьями. На одной из платформ была установлена лебёдка с шаром, на других – химическая аппаратура, вырабатывающая водород. Воздухоплаватели катались по участку дороги до станции Фэйр-Оук-стейшн (за которой дороги были разобраны), оглядывая вражеские позиции, и сейчас возвращались назад.
- Насколько я понял, - седовласый Хьюджер вперил в Адама недоброжелательный взгляд поверх очков для чтения, - моих людей отдают под начало генерала Лонгстрита?
- Да, сэр. – кивнул Адам.
Хьюджер издал серию коротких сопений, очевидно, изображающих иронический смешок:
- А генералу Джонстону известно, что я старше генерала Лонгстрита по званию?
- Уверен, известно, сэр.
Хьюджер не отказал себе в невинном удовольствии присыпать рану, нанесённую его самолюбию, солью:
- Генерал Лонгстрит, помнится мне, в старой армии заведовал казной? И был простым майором. Едва ли в обычных условиях он поднялся хотя бы до полковника, да и доверили бы ему что-либо более ответственное, чем выдавать войскам жалование, вот в чём вопрос? А теперь, извольте полюбоваться, он будет отдавать приказы моим подчинённым!
- Только некоторым, сэр. – вежливо уточнил Адам.
- И с какой стати? Джонстон дал какое-нибудь разумное объяснение этому нелепому приказу?
Джонстон-то дал, но пересказывать это объяснение Хьюджеру не входило в планы Адама, и он промямлил, что генерал Лонгстрит ближе к вражеским позициям, а потому нуждается в усилении.
- Это временная мера, сэр. – закончил Адам, глядя мимо генерала на поезд.
Состав медленно тормозил. Барабан лебёдки вращался, наматывая последние метры привязи шара. Клубы дыма из паровозной трубы выглядели неожиданно бело и ярко на фоне грозовых туч.
- Нет, я не жалуюсь. – продолжил генерал со скандальными интонациями в голосе, - Я выше жалоб, потому что чего ещё ожидать от этой армии? Тем не менее, со стороны Джонстона было бы просто вежливо разъяснить причины, по которым он отбирает у меня солдат ради того, чтобы передать их бывшему счетоводу. Вежливо, всего-навсего. Разве нет?
Он вопрошающе воззрился на двух своих адъютантов. Те согласно закивали.
- Уверен, что генерал Джонстон и в мыслях не держал вас обидеть, сэр. – сказал Адам.
- Не сомневаюсь, молодой человек в том, что вы искренне верите в свои слова. Только я прожил на свете дольше вашего и лучше разбираюсь в подобных тонкостях. Может, генералу Джонстону понадобились мои бойцы охранять армейское жалование, а?
Полагавший себя аристократом Хьюджер покосился на адъютантов, и те отозвались смешками.
