Внутри все бушевало. Ощущая, как ветер сдувает с щеки женские слезы, маг оглянулся на море, задумчиво глянул на песок и потер руки. Ее слова не давали покоя, раздражали, покалывали...
Крис улыбнулся, ощущая, как его знакомо шатает. «Помрачение ума... Вирус. Не помогло лекарство...» Огонь внутри разгорался, поглощая все... Покачнулась и упала в стихию печаль. Вслед за ней качнулся и страх, и мысли... Перед глазами Криса стояло лицо Берты, и будто меха раздували пламя, заставляя яриться, словно это он бык. В голове зрело безумие. Крутилось навязчиво...
«Безумие...» — он был уверен, что шансов нет, и уже знал, что все равно попробует. Как Берта. Переведя на Кирела рубиновые глаза, маг холодно улыбнулся.
— ...а знаете, Верховный, я только что понял, что не уверен. Так ли вы сильны, как говорят? Не вижу резона сдаваться без сопротивления.
Взревев, пламя вырвалось из рук высшего мага.
Легко отмахнувшись воздушной волной от пламени, Верховный маг по-отечески рассмеялся.
— Князь... Князь! — беззлобно улыбнулся он. — Что на тебя нашло? Ты же знаешь, каким будет итог этого сопротивления.
Глядя на князя с искренним недоумением, Кирел поднял брови. Он даже не нападал.
Крис не оскорбился, потому что итог действительно предполагал. Кто он такой, чтобы сражаться с самим Кирелом? Старый маг с преобладающей воздушной стихией, изучивший все, что можно изучить; познавший всё, что можно познать за свои сто сорок лет... А кто такой Крис? Почти новорожденный по сравнению с Верховным. Воздух Кирела есть везде. А вот огонь, который предпочитал Крис, приходилось добывать. Пламя сильно, разрушительно, но не живет на земле постоянно, его создают. Искры, жар, огонь... Всё это требует создания и поддержки, а значит и Силы, которая рано или поздно иссякает.
...неважно. Высший маг улыбнулся. Все не так важно. В конце концов, он и так уже мертв, терять нечего.
— Я не знаю итога, — проговорил он, ощущая, как азартно закипает кровь. — Никогда не нападал на верховных магов.
По-змеиному ядовито улыбнувшись, он ударил по берегу ногой, как Берта, только вжимая в почву не вес, а Силу. Создавать стихию Крис не стал: позвал. Когда под Эгидой разверзлась земля, Крис увидел глубоко в ней знакомые сполохи и потянулся к ним сейчас.
Берег под ногами дрогнул, толкнулся и разворачивающееся из-под него пламя окружило обоих магов. Брызги земли, камней и песка сгорели, тотчас поглощенные стихией. Верховный маг поморщился от жара, окружая себя воздушным куполом. Криса огонь не жалил, ровно стоя на огненном столпе, он направил пламя на купол. Огонь бился, слизывая воздух, пылающим языком, как вкусное мороженое. Море, которого коснулось пламя, яростно зашипело, отчаянно испаряясь.
Темно-красные глаза Криса загорелись, будто в них положили докрасна накаленные угольки, он расхохотался от удовольствия, ощущая, как соскучился по Силе. Когда огонь не нужно было создавать, управлять им было так легко!
«Воздух необходим огню для горения», — проговорил голос Кирела в мыслях Криса. — «Как ты планируешь победить, если воздух, которым управляю я, нужен и тебе?»
Крис хмыкнул, подавляя ответ «никак».
«Проверим, что быстрее кончится, старик», — ответил и вновь атаковал.
Поднимающееся из недр земли пламя становилось все выше, съедая кислород вокруг Верховного мага. Тот направил от себя мощный воздушный поток, заставляя огонь склониться. Ярко-алая струя, сердясь, прогнулась, огненным океаном стелясь к земле. Криса же подхватило и подняло вверх. Казалось, невидимая рука сжимает грудь, выдавливая воздух из легких, давит на голову. На миг Крису показалось, что на него обрушилось небо. Ощущая, как трещат ребра и мутится сознания, он вспомнил глаза Берты.
Одно движение узких пальцев и безмятежный берег снесло, а взвившийся с земли рассерженный огонь окружил своего хозяина, отсекая воздушную волну. Крис рухнул вниз, но тут же зло поднялся. Он не чувствовал ни боли, ни страха, ни усталости. Только ярость.
Преодолевая давление, Крис направил Силу за фигуру Верховного и пламя поднялось уже за золотой мантией, опасно лизнув ее горячим языком. Старик вытянул вторую руку, воздушным потоком отгоняя огонь. Тот взвился над ним, и его лепестки открылись, подобно огромной, клонящейся к земле кувшинке, а затем сомкнулись над фигурой Верховного мага.
Воздух сдувает огонь, но и огонь пожирает воздух. Слабое пламя под сильным порывом ветра потухло бы, а сильное — разгоралось все сильнее. Чем больше воздуха направлял верховный маг на пламя, тем выше оно становилось. Так воздух питает огонь. Ощущая себя сильнее неба, Крис думал о Берте.
