Бертран и Лола полностью

Путь наверх оказался трудным. Пришлось сделать несколько остановок. Отдышаться. Передохнуть. Благополучно проскочить этаж с «огнеопасной» квартирой. Содержимое желудка настойчиво просилось наружу. Она напрягла последние силы, с помощью ангела-хранителя попала ключом в замочную скважину, ринулась в ванную и провела там несколько часов. Ее рвало. Она плакала. Тысяча озверевших молоточков терзали мозг. Сердце переполняли образы-воспоминания, но сожалений не было. Не-вы-но-си-мо… Она приняла холодный душ и рухнула в кровать, медленно дрейфовавшую в сторону Африки. Лоле чудилось, что Бертран возит ее по своим любимым местам, она чувствовала на затылке его холодные пальцы. Сон был рваным и беспокойным, так что отличить грезы от мыслей наяву она не могла. Лола проклинала себя и спиртное. Нужно выпить кофе. Много кофе. Она встала и сварила полный кофейник. Черт, посуда грязная. Вчера… Когда они гуляли по улицам, Бертран сильно сжимал ее ладонь – чтобы не сбежала. У Франка совсем другая манера. Лола вспомнила черные глаза Бертрана и затаившиеся в них слова. Что, если бы он позволил им вырваться на свободу? В тот самый момент, когда она стояла в полутемной кабине лифта.

Выпив кофе, Лола принялась укладывать вещи в коробки.

Хватит терзать себя вопросами! Делай дело – и отвлечешься! Лола собрала, закрыла и заклеила скотчем одну, две, три, четыре, пять, шесть, семь и восемь коробок с одеждой, посудой и обувью. Она работала быстро. Без музыки. В тишине.

Лола вышла на балкон, наклонилась и посмотрела вниз. Ей нестерпимо захотелось спуститься на этаж и постучать в дверь квартиры Дафны. Зачем? Сказать: «Я правда не хочу тебя больше видеть»? Или услышать не произнесенные слова? Почему он ничего не сказал? А вдруг его нет? Ну почему они не обменялись телефонами?! Ты забываешь.

Кто это говорит? Кто испытывает желание? Кто занимался любовью с Бертраном? Я. Особа, которую вспотевшая, разрумянившаяся молодая женщина видит в зеркале. Личность, которую она сначала предала, а потом приукрасила. Я не сдерживала чувств в твоих объятиях. Бессмыслица. «Это было неизбежно». Низкий голос Бертрана звучал вокруг нее.

Он был повсюду.

Лола причесалась. Надела джинсовые шорты, черную футболку и вышла из квартиры. Просто не могла оставаться дома! Бегом миновала его этаж, пулей промчалась мимо третьего, вернулась и оказалась перед заветной дверью. Как? Зачем? А бог его знает… Сердце билось все громче, грозя разнести грудную клетку. Ей хотелось, чтобы он оказался дома и чтобы исчез, испарился, аннигилировал. Из горла рвался крик: «Почему я?»

Лола как наяву ощущала себя в объятиях Бертрана и точно помнила, что почувствовала. Все начать с начала с тобой? Она смертельно испугалась себя и сбежала. В бакалейную лавку.

Долго бродила между рядами, взяла с полки пакет кофе, даже не посмотрев на марку – только бы не из Африки! – и подошла к кассе.

– Я забыла кошелек…

Момо улыбнулся.

– Занесете потом, – и пожаловался, как все парижане, – на невыносимую жару.

– Вы чудесно выглядите, мадемуазель. У меня семь дочерей, так что влюбленную я узнаю с первого взгляда!

Лола покраснела, на глазах выступили слезы. Хозяин магазина рассмеялся.

– Все невесты так мило краснеют… Надеюсь, мы увидим ваше прекрасное платье, иначе моя жена умрет от любопытства.

– Обязательно!

Момо подал Лоле два апельсина.

– Они из Африки, с моей родины. Свадебный «подарок».

– Спасибо.

Это было неизбежно.

Бакалейщик долго провожал взглядом молодую женщину. Она поднималась по улице вслед за своей тенью и думала о несбыточном. «Может, если раскинуть руки, я сумею долететь до Бертрана? Он будет есть апельсин, я вытру сок с его губ, облизну палец и почувствую вкус кожи. А вдруг все получится не так? Он бросил Дафну, так почему бы ему не бросить меня? Или мы обретем счастье?

Тень Лолы исчезает под днищем машины, ее тонкий чуть сгорбленный силуэт отражается в витрине, она несет в руках апельсины и кофе.

Нет, я не могу потерять Франка и не допущу, чтобы Бертран погубил себя, связавшись со мной.

Лола не вернулась домой. Она не хотела быть одна и не желала разговаривать с Франком. Никогда не знаешь, что ляпнешь. Хочу снова его увидеть. К глазам опять подступили слезы. Настоящие слезы стыда. Средь бела дня, на улице, в самый неподходящий момент. Будущая новобрачная не остановилась у ворот дома на улице Эктор, она побежала к своей машине, повторяя про себя: «Плевать на сумку, плевать на полицейских, пусть останавливают!»