— Следуйте за мной, мадхен.
Сначала сердце колотилось так, что сквозь шум в ушах ничего не было слышно. Куда он ее вел, по каким коридорам? Мара почти не смотрела по сторонам. Просто не могла.
Потом поневоле стала замечать, что коридоры значительно уже. Здесь не было мебели и гобеленов. И световых проемов тоже не было. Несколько раз на пути встречались узкие винтовые лестницы.
В одном месте ей показалось, что она слышит шум из-за стены, но они уже прошли дальше. Еще один подъем по лестнице, наконец мужчина остановился возле двери. Отпер ее большим старинным ключом и сказал:
— Заходите.
Она сжала кулаки. Какого усилия стоило сейчас не закричать и не затопать ногами. Но зачем смешить кого-то своей истерикой? Никогда. Мара подняла подбородок, выпрямилась и зашла.
Король вошел следом и сразу запер дверь на ключ.
Непонятно, что это было за помещение, какая-то проходная комната. Две двери вели из нее в разных направлениях.
— Прошу, — проговорил он.
Двинулся к одной из них, отпер ее уже другим ключом и теперь ждал, когда она подойдет. Из-за приоткрытой двери Маре было видно кусочек стены и гобелен. Когда она подошла ближе, стало видно кресло и кусочек ковра.
— Ваши комнаты, мадхен, — произнес король, открывая дверь шире и жестом приказывая войти.
Она замерла на пороге, тревожно оглядываясь. Потом осторожно ступила внутрь. Это была большая и богато обставленная комната. Мара тут же обернулась, а мужчина уже запер ту дверь.
— Вещи доставят в ближайшее время. Обживайтесь, — бросил король, не глядя на нее, и направился уже к другому выходу, доставая еще один ключ.
Мара была в замешательстве. Все это время она готовилась к несколько иному. А то, что происходило сейчас, больше было похоже на заточение. Словно в подтверждение ее мыслей он повернулся и сказал:
— Ужин вам принесут сюда. Всего доброго, мадхен Хантц.
Натянуто поклонился и вышел. Поворот ключа в замке только подтвердил ее подозрения. Заточение.
«Что ж», — сказала она себе. — «Из любого заточения должен быть выход».
Родхар сделал главное. Она в безопасности, остальное пока не имело значения.
Теперь король мог со спокойной душой отправиться на ужин.
По времени Родхар управился быстро. Правда, пришлось проглотить осадок. Он даже словом с ней не перемолвился, просто не смог себя заставить. Холод, неприятие, страх, хлеставшие из нее оскорбляли его. Задевали за живое.
Поэтому он решил — потом, когда она освоится и успокоится и поймет, что… Черт бы его побрал, он готов был на все, чтобы защитить ее от опасности!
Потом. Сначала ему надо было убедиться, что все прошло удачно.
А сейчас король стремительно шел по коридору. Движение рядом, он на ходу повернул голову.
— Сир, — поклонился дознаватель и пошел рядом. — Все исполнено в точности, как вы приказали.
Родхар молча кивнул, и двинулся дальше.
У входа в зал на мгновение остановился, медленно выдохнул и потом вошел внутрь.
То, что Мара Хантц не вернулась из гостиной заметили не сразу. Девушки, участницы отбора были слишком взволнованы последними событиями, обсуждали выступление Истелинды, реакцию короля.
И тут было четко наблюдалось деление на два лагеря.
Так как у дочери главного ловчего были и последовательницы, понимавшие, что официальная фаворитка, вероятнее всего, будет иметь больший вес, чем супруга, и противницы. Кто-то предпочел добиться благосклонности принцессы Амелии, потому что так может быть надежнее. Фаворитка — это временно, а супруга навсегда. Но были среди девиц и те, кто самонадеянно метил на место леди Белмар. Поэтому мнения тут высказывались разные, можно сказать, диаметрально противоположные.
— Вы видели? Король сразу встал и ушел, — звучали шепотки. — Его так поразило выступление леди Белмар, что он не захотел больше никого слушать.
— Видели, конечно. Его величеству так не понравилось, что он с трудом досмотрел.
Эти пикировки продолжались довольно долго, пока смотрительница отбора не шикнула на них:
— Леди, у вас мало времени! Поторопитесь, мы не должны опоздать к ужину!
Напоминание подействовало, девицы тут же разошлись по комнатам, наводить красоту и сплетничать с еще большим воодушевлением.
А вот смотрительница отбора места себе не находила. Будучи дамой благочестивой, она волновалась за девушку. И неизвестно, чем бы это закончилось, возможно, сама отправилась бы искать короля, но тут ее нашел королевский дознаватель.
Отозвал даму в сторону и сообщил:
— Мадхен Хантц получила новое назначение и отправляется служить компаньонкой другому лицу.
Генеральская вдова, несмотря на некоторый романтизм и мечтательность, имела боевой характер, и провести ее было непросто.
— Какому лицу, назовите имя, чтобы я могла написать, — тут же сказала она. — Я несу за девушку ответственность.
На что дознаватель, тоже умевший вести деловые переговоры, невозмутимо сообщил:
— В настоящий момент я не имею права разглашать данные сведения. Это государственная тайна. Могу сказать только, что все сделано для безопасности девушки. Вам, матрес Пасквел, достаточно знать, что ее жизни и чести ничего не угрожает.
