Вот тут Мара очнулась.
— Нет. Спасибо. Я правлюсь сама.
— Как угодно, — чопорно проговорила та и направилась к выходу.
— Постойте, — окликнула ее Мара. — Как вас зовут?
— Меня зовут мадхен Кройц. Я ваша личная камеристка.
У Мары глаза на лоб полезли. Камеристка из благородных? Честно говоря, поведением эта мадхен Кройц была больше похожа на тюремщицу. Жаль. Мара подумала, хорошо бы, если бы с ней оставили Гизел.
Женщина проговорила:
— С вашего позволения, мадхен Хантц, я принесу вам ужин.
Кивнула ей и удалилась. Вернулась почти сразу же, принесла поднос с едой. А потом раздался звук ключа в замке. Ее снова заперли.
Она еще долго стояла посреди комнаты, пытаясь осмыслить свое теперешнее положение. В конце концов, дразнящий запах пищи сделал свое дело, Маре давно уже хотелось есть. Мелькнула мысль, а не отравлена ли еда? Но потом она подумала, к чему такие сложности? Если бы ее хотели отравить, отравили бы прямо там, в крыле претенденток.
Подошла к столу и взглянула на поднос. Там были холодное мясо, паштет, сыры. Тонко нарезанный поджаренный хлеб, деликатный соус в судочке. Все это выглядело так аппетитно.
«Ладно», — сказала она себе. — «Кажется, ничего страшного пока не происходит».
Села за стол и начала есть.
Однако только она немного расслабилась, ей опять показалось, что кто-то открывает дверь ключом. Мара сразу замерла и затаилась, а по спине побежали мурашки.
Весь этот ужин Родхар еле высидел. Его тянуло пойти проверить девушку. Он говорил себе, что это продиктовано соображениями ее безопасности, на самом деле внутренний зверь, живущий в каждом мужчине, знал, что там добыча. Чувствовал ее.
Его ноздри нервно раздувались, пытаясь уловить сквозь стены нежный запах. В какой-то момент король забылся, настолько ушел в свои мысли, что облизал губы. И тут же услышал едва слышный выдох:
— Ах, сир…
Прибить хотелось Истелинду. Однако он сдержанно ей улыбнулся и повернулся к принцессе Амелии. Несколько ни к чему не обязывающих фраз, и он уже хотел подняться из-за стола, когда к нему обратился главный ловчий:
— Сир, не желаете ли вы устроить охоту? А то наши дамы заскучали сидеть в замке безвылазно.
— Охоту? — Родхар резко рассмеялся. — Отчего же нет! Но при условии, что зверь не набросится больше ни на одну из наших милых девушек.
— Сир, ваше величество, — поклонился главный ловчий. — Я ручаюсь головой.
— Ну что ж, Белмар, готовь, — сказал он.
Встал из-за стола и быстро пошел к выходу.
Лимит терпения был исчерпан. Теперь проверить, как устроили девушку. И…
На самом деле, мужчина не знал, зачем он шел сейчас к ней. И чем ближе подходил к своим покоям (да, черт побери, он поместил ее в запертых покоях, примыкавших к королевским), тем большее испытывал волнение.
Когда вставлял в скважину ключ, волнение достигло предела.
Холодный сладкий яд потек в легкие, он медленно и глубоко вдохнул и замер на пороге. Секунда. Щелчок ключа в замке. Он вошел.
Девушка ужинала, сидела за столом. Увидев его, застыла. Инстинктивный женский страх на миг прыгнул в глаза, цепляя что то внутри него.
Что делала с ним эта ее беззащитность… Крючок под ребра. Он снова чувствовал ее запах, ощущал тонкое тело у своей груди так ясно, что слышал стук ее сердца. Казалось, сейчас…
Но это был просто страх.
— Приятного аппетита, мадхен Хантц, — проговорил король, заходя в комнату.
Голос звучал резче, чем хотелось бы.
Девушка вздрогнула. Немедленно встала из-за стола и присела в книксене:
— Благодарю вас сир.
Быстрый взгляд из-под бровей, звенящая настороженность. Одна прядь выбилась из прически и скользнула по шее. Родхар неосознанно потер пальцы, подавляя желание коснуться серебристых волос, вдохнуть преследовавший его запах свежести.
— Вы довольны условиями? — проговорил он и сделал шаг вперед.
Он готов был поклясться, что она готова была шарахнуться в сторону, но осталась на месте только усилием воли.
— Да, спасибо, ваше величество.
Безжизненный стылый голос, царапнул его изнутри. А у нее дрогнула рука, звякнул металл о тарелку. Инстинктивно переступила. Родхар следил за ней, как затаившийся хищник, и тут же одним текучим движением переместился в ту же сторону.
Один маленький шаг.
На мгновение Маре показалось, что ее сейчас захлестнет липкая паника. Они здесь одни, и никто не придет на помощь, даже если она будет кричать. Ни мадхен Кройц, ни стража. Вот когда Мара пожалела, что она не в крыле претенденток.
Безумно хотелось сбежать. От себя самой, от этого мужчины, от того влияния, которое он на нее оказывал. Позорная слабость.
Довольно, сказала она себе.
В конце концов. Они ведь уже оставались наедине и не раз. И тогда в шатре, и потом, в ее саду, и совсем недавно, когда он вел сюда. Черт побери! Родхар Айслинг привез ее сюда из Хантца! И если бы собирался поступить с ней бесчестно, он бы давно уже это сделал.
То есть, король, конечно, поступил с ней бесчестно. Он предложил ей стать его любовницей, разрушил все ее жизненные планы, унизил и разорил. Он запер ее здесь! Но.
