– Ты слышала, что я убил двенадцать человек, это те, кого я видел своими глазами, может их было больше я не знаю. На сколько мне известно, банда насчитывала до сорока человек. Единственный человек, которого я убил, хотя не видел на даче, это сам Рябой. Его парни не пошли бы на такое дело без его приказа. Опять же только он мог знать заказчика. Глупец, он решил спрятаться от меня в тюрьме, и был сильно напуган, когда увидел меня перед собой. Здоровый, крепкий, сильный мужик, который держал в страхе почти весь город, вдруг обмочился от страха. Он понял, что сейчас умрёт, поэтому сказал, кто заказчик. Правда Бирютин заказал только меня, а мои гости погибли по инициативе Рябого. Только поэтому я не мог его оставить в живых.
– Как ты собираешься разоблачить Бирютина?
– Подставлю Тимоху.
– Бирютин хитёр, его в лоб не возьмёшь, значит нужно быть хитрее его. Создам видимость, что Новгородцев под него копает, а сам буду в стороне внимательно следить за ним. Когда он задумает убрать Тимоху, мы его аккуратно загребём.
– Почему ты мне всё это рассказываешь, не боишься, что я шпионка, и работаю на того же Бирютина, например.
Журавлёв весело рассмеялся. Протянул руку через стол, положил на её руку.
– Неужели ты думаешь, что любовь закрыла мне глаза. Несомненно, я проверил, что представляет из себя моя будущая жена.
– Ты хочешь сказать, что влюбился в меня?
– А чем ты хуже других? Лена, ты недооцениваешь себя.
– Что-то сердце заболело, ты не посмотришь?
– Раздевайся, посмотрю.
– Ну, ты же видишь через одежду!
– Враньё! Я могу через одежду видеть только твоё тело.
– Тогда, как ты увидел, что у Женьки рак? Ты обманул её? Ты сказал, что такими вещами не шутят.
– Не шутил я, у неё действительно рак матки.
– Что ты мне голову морочишь, то видишь, то не видишь.
– Существует такое понятие, как врачебная этика
– Но ты сам сказал, что у тебя нет тайн от меня. И я хочу понять, что за человек мой будущий супруг, можно ли тебе доверять.
– У неё было нарушение менструального цикла, и она, подозревая, что беременна пошла на обследование. Женскую консультацию на время ремонта временно разместили в поликлинике. Обследуя её, гинеколог обнаружил рак. Вот почему я знаю, что она больна, при чём очень серьёзно.
– Я что-то не пойму, она ведь не в твоей клинике проходила обследование. Тогда откуда, ты можешь знать, что именно у неё рак.
– Нас с Ростиком иногда приглашают проконсультировать пациента, поэтому мы там и оказались. Короче мы решали, как лучше поступить, чтобы и польза была, и пациент не так страдал. В итоге пришли к выводу, что его безопаснее всего перевезти в нашу клинику, потому что оборудование современнее.
– Понятно, но при чём здесь Женя?
– Ах Женя! Мы ещё были там, когда врач, обследующий её пользуясь случаем решил проконсультироваться. Вот и примчался с результатами анализов. Мы обсудили, и пришли к единому мнению, что операцию делать уж поздно, метастазы уже повсюду. Когда мне сказали сколько ей лет, я из любопытства пошёл на неё посмотреть. И увидел Женю, да ту самую Женю, которую привёз мой сосед Антон, и которую я не раз видел в подъезде нашего дома.
– Скажи честно, ты можешь ей помочь? Ведь ты хороший хирург. Надежда есть?
– Да мне моё самолюбие не даёт быть посредственным врачом! Мизерная надежда всегда есть. Но никакой врач не захочет, чтобы пациент умер у него на столе.
Кому нужна такая слава. Кому интересно знать, что я пытался спасти безнадёжного больного, в сознании людей будет только то, что он умер у меня на столе. Несколько таких случаев, и по городу поползут слухи, что Журавлёв опять кого-то зарезал, что я мясник, и моё место на базаре, мясо рубить.
– Я представить себе не могла, что быть врачом так сложно. С одной стороны, ты пытаешься спасти, но если он умер, то ты мясник. И поэтому ты не работаешь в клинике.
– Именно поэтому я как раз и работаю в клинике.
– Этот Ростик хороший хирург?
– Да, мы вместе в медицинском учились. Странно, почему он тебя так заинтересовал?
– А ты, что ревнуешь? Ты же не знаешь, что такое ревность.
– Верно, до знакомства с тобой не знал.
– Даже не знаю, радоваться мне или плакать. Радоваться потому, что ты меня любишь, или плакать потому, что изведёшь меня своей ревностью.
– А серединки нет? – игриво, тихим голосом сказал Дима.
– Я такой не знаю. – попыталась спародировать Лена. – Ты придёшь домой вечером?
– Я не могу распоряжаться своим временем. Я могу прийти вечером, могу ночью утром, и не приходить несколько дней. Ты должна принять меня таким, какой я есть, выбор за тобой, дорогая Леночка.
– Если я правильно поняла, ты не изменишься?
– К сожалению нет. Я живу в этом городе только потому, что кому-то нужен. Я действительно хороший врач, хирург и могу сделать карьеру в Москве или ещё в какой ведущей клинике, не только в нашей стране.
Я закончил юридический и мог бы работать адвокатом опять же где-нибудь в Москве или в Питере. Один из моих многочисленных отчимов однажды сказал мне, что если взялся за дело, то делай его лучше всех. Моя цель была, стать супер-сыщиком.
