– Шрамы бывают только от некоторых зелий, – она гладит меня по голове. – От таких сильных, что тебе о них и знать не надо. А вот более простым позаниматься – стоит. Тебе же как-то имеет смысл поучиться новым практикам – чтобы, когда вернёшься в город, передать ученику? Твой Фальян, вроде бы, и правда талантливый, но этот бред с листьями граморника… – Свенья вздыхает и брезгливо морщится. Сразу видно: всё-таки она наполовину аристократка. Может, среди знати и не росла, но… такое передаётся.
– Ладно, – жму ей руку. – Я согласен. Я на всё согласен. Если, конечно, у тебя есть где жить, и ты пустишь к себе в том числе и моего призрака.
– Ага, – улыбается, – я чердак не сдаю никогда. У меня жилая общая комната внизу, вторая комната – для мародёров, а на чердаке куча места. Я там сплю, работаю – и тебе местечко найдётся, там есть второй диванчик. Не королевская кровать, конечно, но, думаю, тебя в подобных обстоятельствах всё устроит.
Да уж. В текущих условиях мне бы артефактов нужных набрать – и домой вернуться. А этим лучше заниматься в хорошей компании.
– Представлю тебя ребятам как оккультиста, который с нечистью справится лучше меня. – Тут Свенья абсолютно права, уж не знаю, как она этих гадов задерживает, но мне заклинаний на древних языках, как оказалось, вполне достаточно. – Скажу, что с меня зелья, с тебя – боевые заклятия и наводки, где что искать. Наверняка ведь кроме нужных тебе артефактов в таких местах есть и что-то ещё.
Наверняка.
Всё-таки молодец Берониан, привёл меня куда надо. Можно считать, к сестре. А как ещё назвать дочь моего учителя?..
– Сейчас у меня живут двое, – рассказывает новообретённая сестрёнка. – Братья. Сложные личности. Да сам всё узнаешь.
Да, мародёры – как правило, сложные личности.
Я порой и сам появлялся на чёрном рынке – тот факт, что аптекари часто туда захаживают, известен и церковникам, и властям. Всё-таки далеко не все ингредиенты можно вовремя собрать. Когда тебе срочно нужна травка, которую можно добыть исключительно в полнолуние, а твои запасы исчерпались, любой обеспеченный клиент мгновенно выложит деньги на экстренную покупку у нелегалов. И видел я там очень разных торговцев.
Встречаются молодые ведьмочки, конечно. Те, которые в ученицах у более матёрых. Кстати, не очень понятно, почему у Свеньи ученицы нет… С другой стороны, когда сдаёшь комнату мародёрам, не стоит, наверное, пускать в дом юную девушку, у которой даже лицо ещё не обезображено. Мало ли на кого нарвёшься. Ведьмочки бывают двух видов: те, которые очень стесняются, прячут лицо (непонятно – то ли от приставаний хотят уберечься, то ли просто, чтобы не узнали) в капюшон или в шарфик, говорят тихонько. И те, кто пришёл на чёрный рынок практически с вызовом – наверное, такой была Свенья. Я обычно подходил за товаром, если нужно было что-то из ингредиентов для снадобий, именно к таком девчушкам – бойким, задорным, для которых нет ничего невозможного, и если на всём рынке не найдётся нужного тебе товара, могут запросто поспорить на деньги, что до завтра нужную вещь найдут. В общем-то, получается не спор на деньги, а заказ с доплатой… но игра всегда весёлая штука, особенно когда играешь с юной девушкой. Такие ведьмочки мне очень нравились.
А ещё на чёрном рынке торговали мародёры.
С ними всё особенно интересно. Если ведьмочек я мог записать всего лишь в две категории, то по мародёрам хоть сравнительную табличку составляй, как по нечисти, как меня когда-то заставлял учитель. Чего хочет, что будет делать, как обороняться…
Например, есть представители знати. Какой-нибудь юный сынок из достойной семьи не захотел принимать отцовское дело, или разругался с матушкой, или, что чаще всего, решил вступить в союз, который семья не одобряет. Дальше простой принцип: дайте денег, и вы меня больше никогда не увидите. Если не дают, эти ребята знают, где ключи от сейфа, и просто берут, сколько им надо. А потом обустраиваются где-нибудь в лесу – обычно нанимают мародёров попроще построить дом, – и начинают охотиться за оружием и артефактами. Такие юноши обычно очень образованы и прекрасно знают, что делать с нечистью и как с ней бороться, а также понимают истинную ценность предметов. Лесные аристократы тоже делятся на категории: некоторые зарабатывают достаточно денег, чтобы обеспеченным человеком уехать, к примеру, в столицу, там легко смешаться с толпой и придумать себе новое имя, хотя признаваться порой, когда нужны важные связи: «на самом деле я родич таких-то, но они отреклись от меня, это была тёмная история юности…» А некоторые остаются в лесу, потому что доходы растут. В скором времени они оставляют свои лесные хибарки и строят роскошные особняки поодаль – так и появляются хутора. На хуторах собираются работники, осваивается фермерское дело, и порой с хуторов даже заглядывают в город – например, к аптекарю. Впрочем, к ведьмам в лесу всё-таки ходят чаще.
