«Поздравляю, Иммун! Шкала прогресса достигла максимума. Получена рандомная способность проявления огненной сути: Остолбенение — радиус действия 15 метров, время действия 30 сек, возможность использования 1 раз в сутки».
Я, честно говоря, даже не понимаю, когда эта шкала успела достичь максимума. Видимо, во время каждого знакомства одержимых повышалась на пункт. Но жаловаться грех. Остолбенение? Видится мне — это очень полезная способность. Почему-то сразу на ум приходит заклинание, которое применяли ученики Хогвартса.
— Внутрь хоть впустите? — вскидывает в недоумении брови Саня.
— Да-да, конечно, — спешит отступить Сема.
Саня входит в коридор и неуверенно шагает в гостиную, откуда доносятся голоса. Вова хмурится и отводит взгляд, а Санька словно бы и не замечает этого. Она смотрит на Мишу, а тот глазеет на неё с таким восхищением, что кажется и забыл речь человеческую. Вдруг он спохватывается, вскакивает и протягивает ей руку:
— Миша, — говорит он.
Саня улыбается и томно тянет:
— Александра Николавна, — пожимает она ему руку.
«Ишь ты, Александра Николаевна, — ржу я у нее в голове, — а может все-таки Сандра?»
Саня не отвечает, только фыркает в ответ, а у меня снова высвечивается окно о знакомстве одержимых. Повышаю новую способность: «Остолбенение».
Отлично. Урожай собран. Теперь осталось убедить подопечных, что они должны действовать так, как я скажу.
«Давай, будешь пересказывать за мной», — говорю я Сане.
— Ладно, начинай, — вздыхает она.
«Итак, продолжим».
— Итак, продолжим… — повторяет Саня, — потом добавляет, видя недоуменные взгляды: — это я за Леней пересказываю.
Вовчик косится на Семена, скорбно вздыхает и закатывает глаза. Очевидно, до сих пор думает, что это Семен лезет всем в голову и представляется Леней.
«Спроси у Вовы, что за задание Кузьмича», — велю я.
Саня повторяет. Вова набирает полную грудь воздуха и на выдохе говорит:
— После той разборки в трубопрокатном у Кузьмича начались терки с Казачинскими. И он хочет, чтобы я все уладил, — несколько секунд мешкает, явно не решается говорить, но наконец произносит: — И уладить нужно так… Короче, он хочет, мести. Казачинские недавно напали на его сына, угрожали внуку. А теперь он хочет, чтобы мы убрали их главаря — Ярослава Казачинского. Но перед этим он сказал, что Казачинский должен страдать. Андрей Кузьмич желает, чтобы мы сначала убили всю его семью у него на глазах. У Казачинского в этот день юбилей, соберется вся родня…
Вова недоговаривает, вздыхает, закрывает глаза и качает головой, видно, что даже от одной мысли об этом ему становится не по себе.
— И ты не можешь отказаться? — возмущенно спрашивает Саня.
Вова, так и не открыв глаз, отрешенно отвечает:
— Нет, я взял его деньги и должен отработать. Кузьмич хочет, чтобы это сделал именно я. Даже детей велел не щадить. Остальные будут на подхвате. И если я это не сделаю, он убьёт мою мать, а после и меня.
— Подождите, — вклинивается в разговор Семен, — а что вообще происходит? Почему ты должен кого-то убить?
— Он бандит, — с насмешливой издевкой тянет Саня.
«Могла бы как-то и помягче преподнести», — упрекаю я ее.
— Что?! — Сема вскакивает с места и перепугано глядит на Вову. — Бандит? В моем доме? Зачем ты его сюда привел?
Вова зыркает на Сему злым недовольным взглядом, а Сема начинает судорожно осматривать квартиру, словно бы проверяя, не успел ли у него Вовчик что-то ценное стащить.
Пришлось снова переключаться на Семена, усаживать его обратно и объяснять:
— Так, панику наводить здесь не нужно. Вова нормальный парень, а еще он наш парень, делаю акцент на слове «наш». — То, что он попал в плохую компанию, это да, нехорошо. И наша задача помочь ему завязать с этим делом и выйти из преступной группировки.
— Оттуда невозможно выйти, — качает головой Вова. — Разве что только — вперед ногами.
— Нет ничего невозможного, — вдруг заявляет Саня. — Ты ведь не пробовал. Если подумать как, это сделать — наверняка есть выход. К тому же Леня говорил, что у нас будут сверхспособности. Если ты их откроешь — априори уже не сможешь оставаться в своей банде, так как тебя приберет к рукам какая-нибудь партия.
— В нашем случае партия Жизни, — добавляю я.
— Это у вас все так просто, — мрачно отвечает Вова, — вы просто не знаете, что это за люди. Не знаете, какие там порядки. Я провинился перед Чащовским, и благодаря тебе в том числе, — он бросает многозначительный взгляд на Саню, — и теперь, пока не отработаю, они с меня не слезут. Да даже когда и отработаю. Нет, ничего не выйдет.
— А почему партия Жизни? — вдруг подает голос Миша. — И я так и не понял — почему партия Света — наши враги? Зачем им нас убивать? Мы же ничего не сделали им.
И снова эти неудобные вопросики.
— Потому что они знают, что мы избранные, — как можно убедительнее говорю я. — И знают, что мы хотим помешать им поработить мир своей рейтинговой системой.
