Остаток дня на Мальорке прошел в чрезвычайно познавательной прогулке, позволившей мне воочию убедиться в том, что помимо общеизвестных видов транспорта, каковыми принято считать пригородные электрички, поезда метро, оленьи и собачьи упряжки, доступным средством передвижения могут служить и яхты. Вдоль растянувшейся на несколько километров городской набережной этих яхт было — как грязи, или, если вам режет слух неподобающий тон избранного мною сравнения и дипломатический этикет требует пусть менее точного, но более изысканного сопоставления, призванного крепить дружественные связи между вовлеченными в туристический бизнес странами и одновременно иллюстрировать достижения обоих государств в деле социально-экономического процветания своих народов, то можно выразиться иначе: этих яхт было уж никак не меньше, чем Постановлений правительств РСФСР, СССР и РФ «О мерах, направленных на повышение жизненного уровня населения». Тесня друг друга, прижимались бортами трехмачтовые парусники с обращенными в сторону пешеходной мостовой бушпритами и свернутыми кливерами, одномачтовые катамараны, легкие и юркие яхты средних размеров в рас — чете на одну многодетную семью с дальними родственниками, а также совсем крошечные одноместные суденышки без моторов, которые могли служить надежным кровом для бездетных студентов-оборванцев.
Сколько раз я говорил себе: будь внимателен, следи за собой; раскрыв рот от удивления сразу после пересечения границ родного Отечества, не забудь впредь его закрыть. Что могут подумать о тебе и твоих соотечественниках, специализирующихся в области зубопротезирования, иностранные граждане! Умерь свой необузданный пиетет к их образу жизни, то есть закрой рот и смотри себе под ноги, а не то — ты всё время будешь политически спотыкаться о чужие мостки, перекинутые с надраенной городской набережной в пришвартованную рядом сказочную реальность. Постарайся вникнуть в сердцевину проблемы, чтобы красочная мишура оберточных фантиков не застила тебе подлинной сути явлений. Ведь, в конце концов, ты же человек с высшим образованием, принимаешь активное участие в общественной жизни страны, посещая по первому требованию собрания жильцов подъезда, находишься в курсе всех политических событий, выписывая «Спорт-Экспресс». Так неужели тебе надо объяснять, какая нынче сложилась непростая международная обстановка, какая на нас лежит историческая архиответственность перед всеми слаборазвитыми странами за поддержание многополюсного миропорядка, какие, наконец, у нас и какие у них климатические условия? Разве могут они своим иссушенным солнцем пиренейским умишком объять такие глубинные российские понятия, как неустанная битва за урожай в пору тяжелейшего утреннего похмелья или сев озимых в то время, когда хлебороб еще не вполне оправился от означенного выше состояния? Ну а кроме того, да будет известно сельским механизаторам с Пиренеев, озимые ведь надо еще и собрать! И как только наш комбайнер, ни о чем не подозревая, приступает к уборке озимых, тут-то его и прихватывает тихой сапой подкравшийся очередной рецидив всепогодной болезни. И это не какая-нибудь там метафизическая выдумка вейсманистов-морганистов, а объективная данность, и не считаться с ней равносильно отрицанию мичуринского учения, базирующегося на принципах диалектического материализма, согласно которым открытие магазина для сельских тружеников в ближайшей к Горке деревне Бараново ожидается никак не раньше 11 часов, а уж позже — сколько угодно.
«А Финляндия?…» — «Что? Кто это там бормочет, или мне уже начинает мерещиться от этих беспробудных полевых работ? А, это я сам. Ну так сравнил! Это ведь совершенно иные масштабы!» — «Масштабы чего — выпивки или страны?» — «В данном случае — страны». — «А Канада?…» — «Да посмотрел бы я на твою Канаду, окажись ей без малого 300 лет быть под ордынцем!» — «А Ирландия, с XII века находившаяся под гнетом англичан?» — «Да посмотрел бы я на твою Ирландию, доведись ей грудью встать на защиту Европы от фашистского гада ползучего! Ну и потом, ты постоянно забываешь про масштабы! В данном примере — уже и того и другого!» — «А, ну да! Тогда понятно. Я-то было полагал, что причина в нас самих, ну а когда ты так четко всё разъяснил, тут сомнения разом и отпали». — «Вот дурень-то! Нашел над чем насмехаться! Приберег бы лучше свою иронию на тот случай, когда и после 11 часов магазин окажется закрытым».
Вечером, когда за кормой теплохода давно уже скрылись береговые огни Мальорки, я стоял на палубе и внимательно вслушивался в шум моря. Неожиданно я уловил, как к этому беспорядочному звучанию со стороны бара «Лидо» стал примешиваться стройный хор голосов. Я прислушался: проникнутый глубочайшей меланхолией мексиканского народа, к тому же дважды усиленной зычным русским вокалом и неизбывной российской тоской по лучшей доле, этот горестный напев разрывал сердце и таким удушающим комом подступал к горлу, что шея в сладостном суицидном аффекте сама непроизвольно тянулась к петле. Я поспешил в бар.