Вода обожгла меня холодом, сковавшим всё тело, словно ледяной кольчугой. Чтобы избежать судороги, я изо всех сил колошматил ногами по воде и резкими, отрывистыми движениями выбрасывал руки вперед, стараясь загребать как можно мощнее и чаще. Я даже не пытался выплыть к берегу, поскольку понимал, что на суше, под пронизывающим ветром, задубею окончательно и необратимо. Я плыл размашистыми саженками, сжимая зубы и приговаривая про себя: «Врешь, не возьмешь!» Незабвенный образ Василия Ивановича яркими вспышками вставал в моем заиндевевшем, но еще не угасшем сознании. Интересно, о чем думал комдив в те злополучные минуты, когда переплывал через Урал? Ведь была же в тот неуютный осенний день какая-то сила, которая влекла, согревала, держала его на плаву, не давала ему смиренно утопнуть подобно беспомощному младенцу! Злые языки, правда, поговаривают, что та сила была в чемоданчике, который он до последнего не выпускал из рук и в котором, как они утверждают, хранилась колода штабных карт. Другие злословят, будто вообще не было никакого Урала, что это только условная р ека а бсолютной любви и что якобы знаменитый комдив саморастворился в пустоте. Но я не склонен доверять подобным версиям. Такие наветы могли исходить только от людей, не изведавших прелести осеннего купания в бодрящей речной купели. Эти люди даже не подозревают о том, что обогреть замерзающее тело, утешить опечаленную душу — словом, придать силы несчастному пловцу способна разве что мысль — сужу по личному опыту, — которая смутным интуитивным предчувствием уже скреблась в мозги купальщика еще на берегу, но была им незаслуженно похерена из-за нежелания идти на поводу у собственного чутья; и вот теперь эта мысль, точно небесный ангел-хранитель, вдруг снова посетила его, чтобы никогда уже с ним не разлучаться и не бросать его впредь на произвол судьбы в трудные моменты жизни. Осененный божественным наитием, я с удвоенной энергией зашлепал руками по воде, цепко держа в памяти вычитанное еще сегодня утром в программке дня сообщение о предстоящей послеобеденной распродаже на прогулочной палубе спиртных напитков по сниженным ценам.
<p>Глава 11 На пути к дому</p><p>Часть 1. Рим</p>Перевод с итальянского на русский — автора;
перевод с русского на итальянский — Мирыча.
Могу представить себе ваше изумление, когда вместо полагающейся на этом месте 11-й главы, задуманной мною в темной, трагической палитре беспросветной российской действительности, вы бы с облегчением для себя обнаружили выдержанное в мягких, пастельных тонах и к тому же украшенное, точно списанной с лона природы, пасторальной виньеткой объявление примерно такого содержания:
…Многоуважаемые читатели!
Настоящим доводим до Вашего сведения, что в связи с безвременной кончиной писателя имярека, чье необдуманное купание в бодрящей речной купели явилось для нас полной неожиданностью, да и самого купальщика поставило в дурацкое положение, навечно закрепив за ним весьма сомнительную славу сочинителя всего лишь малых литературных форм, не выходящих за рамки 10 глав, — мы вынуждены прервать публикацию «Путешествия…» Вместе с тем, во исполнение взятых на себя моральных и финансовых обязательств, а также идя навстречу Вашим многочисленным пожеланиям и принимая во внимание Вашу заведомую благодарность, спешим сообщить, что вместо заключительной 11-й главы мы помещаем подборку наиболее занимательных кроссвордов уходящего 2000 года. Как говорится, хорошо то, что хорошо кончается. Будьте счастливы, дорогие читатели! Искренне поздравляем Вас с наступающим Новым годом! Всегда готовые Вам услужить и откликнуться на любое Ваше пожелание, осиротевшее издательство и скорбящие дебиторы. Маэстро — реквием! Танцуют — все!
