Ну, будет, будет, утрите слезу. Где ваше личное мужество? Может, не всё так плохо. Давайте-ка попробуем по-другому. Сверху. Напрягите всю мощь своего воображения, смените позицию и попробуем еще раз, но теперь уже сверху. Благо кое-какие условия для этого худо-бедно, но созрели. Хотя должен сразу оговориться, что путь этот тернист и малоизведан. Ведь однажды уже Екатерина II пыталась своим Наказом изменить принципы русского законодательства на почве философски-либеральных умствований европейской литературы середины XVIII века. Наказ Екатерины по тем временам был настолько либеральным, что от него шарахались даже ее приближенные. Граф Никита Панин — дипломат, человек прозападных взглядов, — услышав однажды от Государыни про то, что до сих пор Россия жила с чуждыми ей нравами, которые следовало бы переделать на европейский лад, а крепостной, строго говоря, не кто иной, как
Но, несмотря ни на что, как я и обещал, мы всё равно попробуем. Безумству храбрых нет предела. Только на этот раз уже сверху. Всё ж таки время не стоит на месте. И вот не прошло и 250-и лет, как некоторая начитанная часть русского общества, свободно и не таясь, умозрительно овладела таким общегуманистическим понятием, как приоритет либеральных ценностей — право личности, гражданина, частной собственности и т. д. Кроме того, создается благодатная почва для орошения этими либеральными идеями. В частности, развивающаяся семимильными шагами система поголовного образования достигает таких невиданных успехов, что на смену малограмотным сельским жителям с семилеткой за плечами и партработникам с ускоренным курсом ВПШ приходит одаренная молодежь с полным средним и высшим платным образованием. Жаль только, что отсутствует сам субъект права, ради которого следует отстаивать эти ценности, то есть нет ни личности, ни гражданского общества, ни частной собственности. Ведь не станете же вы утверждать, что личностью с тонкой духовной организацией является, например, депутат Ш. от фракции КПРФ и ему подобные народные избранники, выражающие, между прочим, волю большинства избирателей, а собственностью — наши садово-дачные участки. Последние в каком-то смысле действительно являются нашей собственностью, однако в той мере, в какой собственностью может считаться, допустим, партийный билет, что принадлежит тому же партийцу Ш. лишь до той поры, пока его не попрут из партии. Теперь самый главный момент. Внимательно следите за ходом моей мысли. Как этим либеральным интеллектуалам встать у кормила власти, если их раз-два и обчелся, и они не имеют никакой поддержки снизу, кроме одаренных выпускников средней школы и платных вузов? Следите? Замечательно. Отвечаю: понятия не имею! Иначе — зачем бы я просил вас напрячь всю мощь воображения! Поэтому просто опустим этот неприятный момент. Примем как данность, что у кормила власти наконец собрались новые люди. Ну а дальше всё просто. Под либеральные законы и государственные гарантии привлекаются внутренние и внешние инвестиции, экономика демонополизируется, происходит ломка административно-бюрократической системы управления, появляется реальный класс мелких, средних и крупных собственников, в том числе на землю, возникают новые рабочие места, осуществляется судебная реформа, изменяется система социального обеспечения и т. д. и т. п., а главное, помимо воли сверху — уже активная поддержка снизу.
