И я возвращаюсь к тому, с чего начал. Да, я люблю свою семью. Я люблю родственников, друзей и пациентов — и разница тут скорее количественная, чем качественная. Мне важно, что с ними всеми происходит. Они мне небезразличны. Я беру каждого в голову и нахожу для него место в сердце. И для своего пациента в том числе.
Меня часто спрашивают журналисты в интервью, знакомые или коллеги: «А это не тяжело? Это не больно? У вас так много больных? Как вас на всех хватает?» Ну что я могу ответить? Да, тяжело. Да, больно. Да, на всех хватает с трудом. Иногда приходишь домой, в голове — сплошной белый шум. Мы с женой гуляем по парку, я начинаю отстраняться от работы и вникать в окружающее. Замечаю, как отражается в воде городского канала предзакатное небо, вижу, как из-под мостика гордо выплывает крохотный кораблик с отдыхающими. Я машу рукой детям — и вижу среди радостных пассажиров мою пациентку с ее смеющейся дочкой. Белый шум уходит. Его сменяет покой и умиротворение. Мне было бы неинтересно жить и ни о ком не заботиться, никем не интересоваться, ничего не принимать близко к сердцу, не тревожиться о благополучии моих близких, пациентов и тех, для кого я сейчас пишу эту книгу. Это мой совершенно осознанный выбор.
Моя пациентка, чуть за тридцать, замужем пять лет. Она чувствует себя одинокой, потому что муж ее «не понимает». Интересы у них разные: она любит музыку и балет, он — рыбалку, лес и пиво. Ее раздражает скучная работа в офисе одного из самоуправлений. И она очень хочет родить ребенка — ей кажется, что малыш наполнит ее жизнь смыслом, любовью, лаской, наградит глубочайшим пониманием, испытает к ней бесконечную и безграничную благодарность только за то, что мама у него есть. Она надеется, что ребенок сделает ее счастливой. И ошибается.
Никто человека счастливым не сделает. Счастье рождается у нас внутри: сначала мы его испытываем, а потом делимся этим переживанием с другими людьми. С любовью о них заботимся, даем то, в чем они нуждаются. И в ответ наше счастье нам возвращают приумноженным. Конечно, родителям радостно оттого, что у них есть ребенок. Но счастье вовсе не он маме с папой дарит, это родители его счастливым делают. В отношениях «родители — дети» родители — всегда ведущие. Они играют первую скрипку, они передают свое мироощущение детям.
И несчастная женщина, родив ребенка, не превращается, как по мановению волшебной палочки, в счастливую мать. Она становится несчастной мамой. Более того, степень ее несчастья усугубляется. Многим родителям кажется, что, едва родившись, ребенок будет улыбаться, ворковать, ластиться, мило шалить. А на самом деле он и кричит по ночам часами, и капризничает, и швыряет на пол игрушки, и убегает, и злится «на любимых мамочку и папочку», и пытается с ними драться.
Ребенок не является источником счастья. Он создает для родителей завершенную и полную картину мира. Многое нам открывает. Позволяет излить на него любовь и только в ответ на понимание его натуры и выданное ему счастье наделяет радостью нас. Он не решает ни одной проблемы в семье — папа как не понимал маму, так и не понимает. Более того, тяжесть проблемы усугубляется, потому что у родителей нет времени друг с другом объясняться. Дистанция между ними увеличивается с космической скоростью.
Я вовсе не призываю всех достичь счастья и только потом рожать. Достаточно лишь не возлагать на ребенка тех надежд, которых он не может оправдать.
Если в семье нет детей, то супруги переживают по двум причинам. Первая — без ребенка они чувствуют себя неполноценными и некачественными. Вторая — сожалеют об упущенной некогда возможности.
Но я знаю людей, которые сознательно отказывались от возможности родить ребенка, чтобы сконцентрироваться друг на друге и на работе.
Да, может. И по очень простой, почти что физиологической причине. Вернемся на минуточку в глубины психоанализа. У каждого человека, как известно со времен Фрейда, есть либидо — огромный запас энергии, которая выражается стремлением к размножению. Либидо можно удовлетворить прямым путем, через секс, и непрямым — через сублимацию, то есть через замещение какой-то другой деятельностью.
