– В общем, как сказал Карпентер, там какая-то зараза вышла за пределы лаборатории и вынес её на себе как раз наш человек. Основной очаг возник в Германии, в аэропорту Франкфурта, но куда ещё успела распространиться болезнь, нам доподлинно неизвестно. Предполагаю, что учитывая темпы миграции между странами, уже много куда. Более точные данные будут чуть позже. И ноутбук принадлежал специалисту по вирусологии, соответственно все наработки внутри. Сам компьютер защищён паролями, в него встроена сложная система аутентификации с алгоритмом уничтожения данных. Если техника попала в руки обычному гражданину – в этом нет особой беды, нужно просто перехватить её и всё. Однако основная задача сейчас состоит в том, чтобы сделать это быстро. Вы же прекрасно понимаете, что у русских работает, во-первых, разведка и контрразведка, а во-вторых, они ведут наблюдения за всеми проектами по соседству со своими границами, если о существовании подобного рода объектов есть хоть какие-то намёки. Да и мало кто из агентов разведок работает только на одну страну. Информация может уйти сотней различных способов, включая передачу напрямую информаторами в наших ведомствах. То что в ЦРУ есть кроты – это сто процентов. Когда они получат данные для дальнейшей передачи в СВР или ФСБ – это лишь вопрос времени. Если русские доберутся до этих данных – поверь, они найдут специалистов по дешифровке и криптографии, взломают все пароли и заберут всё что можно.
– Я понял тебя, Скотт. В общем, моя задача – найти этого человека и забрать у него ноутбук. Дальше что мне с ним сделать? Передать через ваших дипломатов?
– На этот счёт у меня нет чётких указаний. Однако если в ближайшие дни начнётся неразбериха, в чём я не сомневаюсь, то никакие дипломаты никуда не полетят. Я даже больше того скажу, сегодня речь также шла об эвакуации сотрудников дипмиссии и наших рядовых граждан из России в США. Если это не просто разговоры, то скорее всего дело более чем серьёзное. Поэтому когда найдёшь ноутбук – позвони, разберёмся, что с ним делать. К тому времени станет понятно, нужны нам эти исследования или жёсткий диск можно будет уничтожить. И ещё, Алекс: я тебе этого не говорил, но подозреваю, что в США со дня на день начнётся. Позвони родным и близким, скажи чтобы уезжали из крупных городов на время.
– Неужели всё настолько серьёзно? Что это за вирус хоть?
– Я не знаю точно. Карпентер сказал лишь, что он очень заразный. И летальность на данный момент сто процентов по результатам исследований в лаборатории. Пусть выборка небольшая, но это серьёзный аргумент.
– Хорошо. Тогда я посчитаю, сколько выйдет по стоимости вся операция, и пришлю тебе на почту счёт. При раскладе «приехали и забрали» будет одна сумма, если же придётся ликвидировать Вознесенского – другая. Много людей нам не понадобится, я думаю. Мне нужна пара дней на всё. И действовать я начну завтра утром. Сейчас ночь на дворе, и всё равно те, кто мне чем-то сможет помочь, уже спят.
– Договорились. Пришли счёт, деньги не проблема. Нужно сделать быстро и чисто, – согласился Скотт, прекрасно понимая, что сейчас финансовый вопрос роли не играет. Это Алекс ещё не до конца понял, что происходит. Он был далёк это всего этого, обычный солдат и наёмник.
Алекс Эндрюс попрощался и закончил звонок. Дело не слишком серьёзное – так, больше беспокойства. Но ничего. ЦРУ очень заинтересовано в возврате принадлежащей конторе вещи, поэтому можно будет запросить оплату в два или три конца. Проглотят, оплатят, и придут за добавкой. Всё равно никого в России надёжнее и ближе, чем «Сильвер Хилл», для выполнения деликатных заданий у них нет.
