«Ну что же, не мир пришёл я принести, но меч», – ухмыльнулся Алекс и полез в записную книжку смартфона. Кнопочный телефон, по которому звонил Скотт, использовался только для служебных звонков из ЦРУ, и не более того. Причём номер телефона был не одиннадцати- а тринадцатизначным – две лишние цифры на конце гарантировали, что никто случайный не попадёт на владельца в самый ненужный момент. Алекс набрал номер своего помощника – Дмитро Цуцуряка, бывшего боевика УНА-УНСО, а ныне – наёмника ЧВК «Сильвер Хилл». Цуцуряк был абсолютным отморозком и военным преступником – то, что нужно для решения ряда непростых задач. Такие люди как Дмитро обычно не мучаются угрызениями совести, особенно работая в ненавистной им стране.
– Дмитро слушает, – ответил Цуцуряк на звонок. Голос холодный, неприятный, дребезжащий. Даже Шилд, повидавший немало откровенно неприятных людей за свою непростую жизнь, не хотел бы встретиться лишний раз со своим коллегой в тёмной подворотне.
– Здравствуй, Дмитро. Работа есть для вас. Бери завтра Арутюняна и Сучкова и в офис к восьми утра. Дело достаточно срочное. Нужно будет найти одного человека.
– Понял. Буду, – и отключился. Никаких вопросов. Задача поставлена, и этого достаточно.
Алекс прошёлся по кухне туда-сюда в раздумьях. «Интуиция меня, по всей видимости, подвела», – подумал он, – «надеялся, что что-то серьёзное будет. Ну да ладно, в следующий раз». Посмотрел на себя в зеркало. В полумраке комнаты со стены на Алекса глядело его отражение. Здоровый, серьёзный мужчина, в отличной физической форме для своих лет. Сила и выносливость – главное для профессионального воина, Алекс это понимал отчётливо, и даже годы сидения в офисе не превратили его в аморфное, обрюзгшее нечто, как это часто бывает у мужчин в его возрасте. Небольшой живот есть, куда ж без этого, но в остальном – силён, энергичен и готов к бою. Да, не такой орёл, как двадцать лет назад – все же сказываются годы и несколько ранений, да и повреждённое колено выдаёт себя в виде легкой хромоты на левую ногу. Но ещё вполне огурцом. А лысину на всю голову скрывает парик. «Не первой свежести кавалер, прямо скажем, но терпимо, жить можно» – заключил он.
Алекс поднял стакан, подмигнув своему отражению, и одним махом опрокинул оставшийся полтинник себе в рот. Несмотря на то, что дело предстоит довольно плёвое, где-то в глубине души Шилд чувствовал, что грядёт что-то серьёзное. Он не мог понять, что конкретно, и связано ли это вообще с клиентом, но какое-то лёгкое чувство – не тревожности, нет – скорее тоски, его одолевало в этот час. Трудно было это объяснить рационально. Эндрюс редко ошибался в своих ощущениях. Постоянное хождение по лезвию обострило чувствование, и интуицию – голос души или подсознания, кто знает, как правильно – он развил за годы военной и околовоенной жизни невероятно. И свой позывной – «Шилд», то есть «Щит», он получил вовсе не за героический огонь на себя или что-то подобное, как может сперва показаться, а за свою потрясающую чуйку, не раз спасавшую Алекса и его сослуживцев в трудные времена.
26 апреля. Москва. Офис ЧВК «Сильвер Хилл». Алекс Эндрюс.
Утром ответственная группа собралась в офисе раньше обычного. Уже в восемь все четверо были на месте. Остальные сотрудники приезжали сюда по ситуации, чаще всего с отчётом о командировках, поэтому держать большое помещение смысла не было – ограничились двумя комнатами в переделанном под офисы блоке из восьми квартир в старом доме на Садовом кольце. Остальные бойцы, а их насчитывалось несколько десятков на регион, были кто где. Часть сейчас работала в качестве охраны в России, часть занималась тренировками различных силовых формирований на территории бывшего СССР, но большинство находилось на бессрочном отдыхе, ожидая сбора по тому или иному контракту. Наёмники были расквартированы в основном в московском регионе, поближе к штаб-квартире и одному из крупнейших транспортных и логистических центров в Евразии. Сейчас в столице и области насчитывалось чуть больше двадцати человек основного состава, и ещё пара десятков «диких гусей» – наёмников на ситуационных делах, эдакий военный аутсорс. Эти люди привлекались к делам тогда, когда не хватало бойцов и нужно было увеличить численность контингента для выполнения определённых задач.
Трое серьёзного вида вояк сидели за полукруглым столом напротив Алекса и пили кофе. Цуцуряк был назначен командиром звена из трёх человек. В него вошли, помимо самого Дмитро, ещё двое – Антон Сучков, бывший боец спецназа ГРУ, уволенный за пьянство около десяти лет назад, но позднее поборовший пагубную привычку, и Вадим Арутюнян – крупный армянин, также кадровый военный вооружённых сил России в прошлом. Оба были не на самом лучшем счету у Минобороны, но прекрасно зарекомендовали себя на поприще частных военных операций. «Сильвер Хилл» дала не только хлеб, но и применение военным навыкам и возможность заниматься тем единственным, что сотрудники компании умели в этой жизни – войной.
