– Дядь Саш, вот честно – не знаю. Подпол сказал, что это какой-то новый вирус, по крайней мере, я так понял. Вроде как очень опасный и не исследованный.
Дмитрий решил не говорить родственникам о том, что ему предстоит выполнить роль курьера для доставки компьютера и записей с наработками. Тётка и так впечатлительная и эмоциональная дама, чтобы её ещё и здесь раскачивать.
– Ой, господи, какой ужас… – запричитала Татьяна, – и что, надолго это? И вообще, что ещё говорят? Хоть понять бы, у меня же ещё репетиции.
– Ну какие… – начал Дмитрий и осёкся, решив не вставлять матерное слово, – тёть Тань, ну какие репетиции? Если по всей стране уже покатилось. Хорошо если через месяц разгребут, да и что там будет – непонятно. Короче, давайте собираться по-быстрому, я поеду позже. Харчи закупите на даче. В Питере по магазинам сейчас ходить не стоит, стрёмно.
Александра долго уговаривать не пришлось. Он уже собирал первоочередные вещи в спортивную сумку. А в баул на молнии сгрёб почти всё содержимое холодильника. Затем, подставив табуретку, залез на антресоль и из груды различного барахла извлёк оружейную сумку, в которой лежало помповое ружьё ИЖ-81 с откидным прикладом.
– Возьму на всякий, – пояснил он, – а то вдруг чего. И патронов штук пятьдесят ещё.
– Да уж, очень дальновидно, – согласился Дмитрий, – сейчас лучше иметь, чем не иметь.
– Всегда лучше иметь, чем не иметь, – отрезал Александр, – у каждого мужчины должно быть оружие. Татьяна, тряпки все собери побыстрее!
С вещами долго возиться не пришлось. Что можно – покидали в сумки, взяли документы, деньги, продукты, и сложили у входной двери.
– Надо с карточек всю наличку снять ещё, – сказал Дмитрий, – перегоните всё, что есть на один счёт, и уже на месте в ближайшем банкомате обналичьте. Ну его нафиг, нашу банковскую систему испытывать.
Татьяна собрала всё необходимое и вынесла последнюю сумку в прихожую, где её уже ждали Дмитрий и Александр.
– Ну что, присядем на дорожку, – сказала она, уселась на обувную скамейку возле двери на секунду, потом встала, осмотрела квартиру и сообщила, что готова.
– Дима, ты когда уезжать будешь – стояк с водой перекрой. И все форточки закрой, понял?
– Да, дядь Саш, понял. Сделаю.
– Ну всё, с Богом. Пошли, – Александр закинул большую спортивную сумку на плечо, взял в руки два баула, и повесил на руку чехол с ружьём, в результате чего стал похож на гружёного по самую макушку мула.
– Открывай давай, – скомандовал он и Дмитрий приоткрыл дверь. Высунул голову на лестничную площадку, убедился что никого нет, затем вышел сам, прихватив ещё две спортивные сумки. Татьяна последовала за ними практически налегке. Обернулась на секунду, перекрестилась, заперла дверь и пошла позади.
Во дворе было тихо. Машин на местах было меньше обычного, людей не было вовсе. Александр подошёл к машине, положил вещи на асфальт и достал ключи. Открыв багажник немолодого мерседеса-универсала, быстро перекидал туда вещи, что-то ушло в салон, а ружьё вынул из чехла и за ремень повесил за подголовник переднего пассажирского сиденья, чтобы быть наготове в случае чего. Вознесенские старшие попрощались с Дмитрием, взяв с того обещание в обязательном порядке позвонить, как доберётся, и отбыли восвояси. Дмитрий быстрым шагом вернулся в парадную, убедившись, что за ним никто не идёт, и почти бегом преодолел несколько лестничных пролётов, чтобы как можно быстрее оказаться в квартире. Очень уж его напрягал тот факт, что за ним сегодня приходили.
В квартире как-то неожиданно стало пусто и безжизненно. Дмитрий прошёл туда-сюда, посмотреть – ничего ли важного не забыли, затем лёг на диванчик и начал искать билеты через смартфон. С удивлением обнаружив, что все авиарейсы на сегодня отменены в связи с «неопределённой политической ситуацией», как это было указано на сайтах авиакомпаний, обслуживающих аэропорт Пулково, да и на завтра, впрочем, тоже, Дмитрий нашёл билеты на «Сапсан». Выехать сегодня уже не получалось – вечерние рейсы были сняты с линии, а в ночной спящий поезд вписаться оказалось невозможно. Поэтому Вознесенский решил, что отправится рано утром.
26 апреля. Москва. Андрей Орлов.
