Ох, не зря дорогой покровитель предложил самого младшего сына в помощники. Саян скосил глаза. Сверху яркой надписью сверкает «Теория и практика артиллерийского дела» фатрийца Лерла Азгольда. Витус Туяк неторопливо поднял книгу. Под ней оказалась «Современные плавильные печи» Ортана Вобана. Ещё ниже, судя по корешку, «Математика простая и сложная» Якала Несмана. Ну молодец! Саян льстиво улыбнулся дорогому посетителю. Сообразительный помощник принёс книги не только по артиллерии, а так же по смежным темам.
Каждую книгу витус Туяк рассматривает долго и самым внимательным образом, шелестит страницами и водит указательным пальцем по рисункам и схемам. Самурай ещё только не пробует корешки на вкус. На лице витуса Туяка не дрогнул ни единый мускул. Однако уже потому, что он молчит, а не орёт и не размахивает катаной, можно смело сделать вывод — дорогой посетитель страшно доволен.
От гордости за собственную предусмотрительность, трудолюбие и старание запылали щёки. Саян невольно потёр пальцами правую скулу. До этого самого момента, до этого самого счастливого дня, на иноземные переводы книг по артиллерии и металлургии спроса не было. Вообще не было. Удалось продать лишь несколько экземпляров книги по математике. Семь лет, целых семь лет книга о плавильных печах ждала своего часа на складке. Пять лет, целых пять лет, книга по артиллерии лежала там же без малейших надежд на будущее.
— Сколько ты хочешь за эти книги, — витус Туяк небрежно бросил книгу по математике на стол.
Нервное напряжение прокатилось от кончиков пальцев на руках до кончиков пальцев на ногах. Саян весь подобрался и напрягся. Важный, очень, очень важный момент!
— Дело в том, уважаемый, — осторожно заговорил Саян, — я готов преподнести эти книги и ещё несколько в двух экземплярах уважаемому Ивлату Ачиану в дар в обмен… — тёмно-синий браслет на правой руке под просторным рукавом кимоно напряжённо запульсировал, — на аудиенцию.
Брови витуса Туяка выгнулись от удивления. Грозный самурай мысленно был готов торговаться самым натуральным образом, как торговец рыбой вразнос на Заветной улице.
— С какой стати ты желаешь предстать перед уважаемым Ивлатом Ачианом?
Голос, а особенно интонация самурая, не обещает ничего хорошего. От волнения в горле окончательно пересохло, Саян невольно прокашлялся. Либо сейчас, либо потом и очень, очень после.
— Я очень надеюсь предложить уважаемому Ивлату Ачиану свою помощь в деле создания больших пушек и ядер, как на кораблях проклятых иноземцев.
Самообладание окончательно покинуло витуса Туяка. Молодой самурай вылупился на Саяна, юноша на обнажённую женщину. Однако доверенный помощник даймё быстро справился с удивлением и грозно сдвинул брови.
— Откуда ты знаешь о желание уважаемого Ивлата Ачиана сделать пушки и ядра как у проклятых иноземцев? Кто сказал?
Правая рука витуса Туяка выразительно легла обратным хватом на рукоятку катаны. Не дай бог резкий взмах, ножны улетят в одну сторону, а верхняя половинка черепа чересчур наглого купца в другую. Если ещё раньше тёмно-синее лезвие не пробьёт голову самоуверенного самурая навылет.
— Слухи о печальной судьбе деревеньки Рыбий хвост уже облетели Нандин, — Саян отвел глаза от грозной катаны на полу. — Даже здесь, далеко от Нандинского залива, я слышал грохот пушек проклятых иноземцев. Не прошло и половины дня, как меня соизволили навестить вы, доверенный помощник уважаемого Ивлата Ачиана, и спросить книги по иноземным пушками и ядрам.
Вывод прост и очевиден: — Саян всплеснул руками, — уважаемый даймё славного домена Кирдан желает создать современную артиллерию, дабы надавать по шее проклятым иноземцам их же оружием.
Витус Туяк широко улыбнулся. Аж на сердце отлегло, Саян льстиво улыбнулся в ответ. Грозная катана так и осталась лежать на полу в ножнах, а важный посетитель вновь сложил руки на бёдрах.
— А ты умеешь не только деньги считать, а ещё и думать, — витус Туяк усмехнулся. — Хорошо, так и быть: я передам твою просьбу уважаемому Ивлату Ачиану. Раз у тебя нашлись нужные книги, да ещё отличного качества на великолепном благородном раномату, то ты и в самом деле можешь быть полезен моему господину.
Витус Туяк легко поднялся на ноги. Грозная катана благополучно перекочевала с пола за шёлковый пояс рядом с вакадзаси.
— Всего вам наилучшего, уважаемый, — Саян низко, коснувшись лбом столешницы, поклонился.
Однако не в обычае важных самураев уходя прощаться с простолюдинами. Витус Туяк на ходу подцепил сандалии и вышел из зала для приёмов на улицу. Вскоре ворота типографии «Свет знаний» благополучно захлопнулись за его спиной.
— Слава тебе господи, — облегчённо выдохнул Саян.
И смех и грех. Уж сколько за долгую, очень долгую жизнь на старичке Миреме приходилось вершить судьбы народов, стран и могучих империй. Подобные напыщенные посланники влиятельных особ ни раз и не два пятки лизали. Казалось бы, чего их бояться? Ан нет! Вместе с долгой, очень долгой жизнью на Миреме пришло искусство вживаться в роль простого смертного от кончика носа до левой пятки.
