-Это мое рабочее место, – улыбнувшись ее неожиданной для него заинтересованности, оповестил он не собирающуюся покидать теплый салон, Нейти. – Мне нужно кое-что забрать и я сразу же вернусь. Посидишь здесь одна?
-А куда я могу деться? – безразлично рассматривая, стекающие по окну капли начавшегося дождя, не сразу отреагировала Нейт. – Я никуда не уйду.
-Хорошо, – его радостный и беззаботный тон, слишком сильно выдавал его счастье от ее близости. Денни чуть наклонился к ней и поцеловал в макушку. Он и раньше любил так делать, ведь когда она стояла, прижавшись к нему, такая маленькая и беззащитная, он пытался этим показать, что сделает все что в его силах, чтобы не дать ее в обиду, но все что он делал сейчас это лишь причинял ей страдания. Своими словами, улыбками, прикосновениями, слишком открытыми желаниями.
Выбегая на улицу под проливной дождь, Уолкер совсем не волновался, что вернется и может не обнаружить ее на месте. Ей все равно было некуда идти. Кругом забор высотой больше пяти метров. Солдаты на постах и полное отсутствие у нее ориентиров в сторону главного въезда.
Еще долгие несколько минут, и он вернулся к ней, заскакивая в машину и вытаскивая из-под куртки папку, протянул ее девушке.
-Что здесь? – она схватилась за нее, но боялась открыть.
-Доказательства того, что твоя семья жива. Их фотографии. Они в безопасности. И к ним скоро привезут и тех, что остались в том баре, – он рассказывал это так, словно он благотворительностью занимался. Хотя с его стороны именно так оно и выглядело, правда, он ни чем не жертвовал в настоящий момент. У него теперь было все, что нужно, все чего он хотел.
Открыв дрожащими руками, так и стремящуюся выскользнуть из вмиг похолодевших пальцев, папку, Нейти шире распахнула глаза, увидев на предложенных ей фото своих ставших за последнее время родными друзей. Они живы. Конечно, судить о степени их здоровья по снимкам было сложно, но одно то, что с ними вроде все в порядке не могло не радовать, до жути опечаленную Нейти. Ее жертва была не зря. Дэрил встретится со своим лучшим другом Риком, заменившим ему старшего брата, Карл вернется к отцу. Мегги и Гленн тоже, наконец, обретут свою потерянную семью. Остается лишь надежда на то, что Диксон не бросит Мартинеза одного и справится со своими внутренними демонами и противоречиями.
-Спасибо, – прошептала она, скрывая от него истинные чувства, показывая лишь то, что ему нужно было видеть. Этому она научилась пока жила в Вудбери. Лишний раз лизнуть задницу Губернатору было, если не сказать откровенно может и противно, но выбора особого в тот момент у нее не было, а значит, приходилось делать это с довольно частой периодичностью и улыбкой на лице. Не возможно было одобрить все методы решения им насущных проблем, но он стремился сделать жизнь горстки пусть и бесполезных, но все-таки людей, более защищенной. Власть возвышала его над ними, помогала управлять толпой. Мартинез и Нейти считали себя успешными приспособленцами, находясь там и смешиваясь с основной массой. Только наедине они оставались сами собой и принадлежали только друг другу.
-А теперь точно домой! – подмигнул он ей, еще более осчастливленный ее реакцией.
Новая, но теперь аккуратная остановка, его быстрые шаги вокруг машины, рука, поданная ей, и она с трудом принимающая ее, послушно выскальзывает из машины под ледяные струи дождя, бьющие с такой силой, что одежда промокает насквозь за ту одну минуту, что они добегают до двери.
Этот двухэтажный дом точно жилой о чем ясно свидетельствуют цветы на окнах и несколько клумб украшающих дорожку к нему. На крыльце горит лампочка и именно она помогает Нейти осмотреться хотя бы на несколько метров вокруг.
Он затащил ее внутрь, под крышу, спасая от промозглого ветра и ливня так резко обрушившегося с неба. Очутившись в прихожей как-то уж слишком сильно напоминающей их прежний дом, девушка встряхнула волосами, смахивая капли, так нагло забирающиеся за воротник толстовки.
-Я собираюсь в душ, – стаскивая ботинки и так и оставляя их лежать у входа, сообщил Уолкер, шлепая мокрыми носками по полу, оставляя сырые следы на паркете, который кажется, выбирала она, – Я приму его наверху, если хочешь последовать моему примеру, то можешь присоединиться или использовать ванную внизу.
-Хорошо, я так и сделаю, – кивая, согласилась она, лишь бы он только уже поднялся на второй этаж и скрылся с ее глаз. Мгновенья на раздумье. Они живы, они нашли друг друга, они смогут продолжать жить и без нее. Снова научатся улыбаться и смеяться. А что остается ей? Прислушиваясь к звукам сверху, она услышала шум воды и его грохот, когда он забрался ванную и чуть не поскользнулся. Она любила его, но это было так давно. Он любил ее и сейчас, но для нее каждое прикосновение – это словно тысячи иголок протыкающие ее сердце, причиняющее жуткую боль.
Тихо, бесшумно приоткрыв дверь, он выбралась на улицу, дождь не прекращался ни на минуту, темнота окружала ее со всех сторон. Может быть, кто-нибудь из патрульных примет ее за ходячего и мучения закончатся?
