- Нет. Я был не прав, что позволил себе поддаться чувствам, – скользнув по ней глазами, отмечая укусы и царапины, оставленные его же зубами, Денни, зажмурился и часто задышал, борясь со своими внутренними демонами, говорящими сорвать с нее эту ненужную тряпку и овладеть ею, прямо здесь, на полу. Но сжав кулаки и задержав дыхание, боясь вдохнуть ее аромат, он выпалил скороговоркой. – Я готов на все, чтобы заслужить твое прощение.
- Вот теперь, ты точно издеваешься! Шантажом отобрал у меня семью, изнасиловал, и думаешь, что твои слова смогут поменять мое отношение к тебе? – ее слишком тихий первый вопрос, как-то слишком резко перешел в наступление и злость, так откровенно читавшиеся на ее лице. – Я ненавижу тебя! Я здесь только ради них, ради того, чтобы они жили. Ты обещал, что сделаешь все, что в твоих силах, чтобы спасти их и обезопасить. Это все, что мне нужно от тебя.
- Я постараюсь. Это не так просто. Твои люди не рады присутствию чужаков рядом. Постоянно сопротивляются нахождению военных на выделенной мной территории, пытаясь выдворить их от туда, – подобрав стянутую с кровати и отброшенную назад простынь, Уолкер запихал ее в мешок, и поставил в коридоре. Намереваясь затем вынести на улицу и выбросить. Стирать и снова стелить ее, он даже и не думал, надеясь что отсутствие этого белья, поможет Нейти забыть произошедшее ночью. Он и, правда, раньше собирался выполнить обещанное. Собирался… Его планы всегда могли поменяться. Еле расслышав ее шепот, раздавшийся за спиной, он еще больше уверился в том, что она никогда полностью не станет его, чтобы он ни сделал. Ничего не поможет, но никто не сможет ему помешать хотя бы пытаться.
- Когда я буду точно знать, что они вновь объединились, можешь делать со мной все что захочешь. Я стану твоей, – сказала она то, что он так ждал, но в ее словах было столько горечи, что верить им смысла не было.
- Хорошо, – кивнул Денни, вновь сокращая расстояние между ними и прикасаясь к ее оголенным плечам. – Как только двое моих ребят вернутся, и представят тебе доказательства, мы объявим о нашей помолвке. И назначим день свадьбы. Ты ведь все еще хочешь выйти за меня?!
Его голос звучал твердо и уверенно, и никакое из ее оправданий отказа не сработало бы. Он точно знал, чего хотел от нее, и ждал исполнения своих желаний на все сто процентов.
В наступившей тишине он мог даже расслышать, как ее сердце пропустило очередной удар, она замерла. Ее молчание взбесило еле сдерживающегося мужчину и, встряхнув ее за плечи, он не намереваясь больше ждать от нее ответа, впился в губы поцелуем, удушающим и жадным.
- Я знаю, что ты согласна, и просто боишься признаться самой себе, что все еще хочешь меня, – отстраняясь, он смахнул с ее лба челку и взглянул в заплаканные, покрасневшие глаза. Раньше он всегда знал, что делать, когда она плачет – обнять, поцеловать, прижимая к себе, но сейчас, ему казалось, что именно его прикосновения и вызывают у нее слезы. – Мне нужно уйти и вернуться к работе. Сегодня ты должна побыть дома. Прошу тебя никуда не выходить. Около дверей двое охранников, которым дана команда, сразу же докладывать обо всем мне. Так что не следует злить меня, не прислушавшись к моей просьбе.
- Ты имел в виду к приказу? – двигаясь к ванной комнате, рассчитывая скрыться в ней как можно быстрее, уточнила Нейт.
- Можешь понимать, как хочешь. Просто исполни! – потребовал Уолкер, шагая к выходу, но задерживаясь в дверном проеме и глядя на нее сверху вниз, растянув губы в улыбке, пытаясь придать глазам хоть капельку света. – Вечером у меня для тебя будет сюрприз. Думаю, ты будешь рада.
Верил ли он сказанному только что? Возможно. Но она точно знала, что испытывать счастье ей в ближайшее время вряд ли придется.
Что-то напоминающее лечебницу для душевнобольных маячило в сотне метров от его байка. Высокий каменный забор, которым была обнесена вся территория, защищал находящихся внутри выживших, о чьем явном присутствии сообщали двое постовых на паре башен, расположенных с двух сторон. Снова военные, незнакомые ему люди. Незаметно для них, объехав ограждение с другой стороны, он наткнулся на вторые ворота, больше напоминающие калитку. Странно, но ходячих почти не было, арбалетом пришлось воспользоваться всего трижды, отправляя мертвецов уже окончательно на тот свет, и не забывая собирать такие драгоценные в настоящее время стрелы.
Калитка заперта, и пробраться так легко и просто как ему мечталось, у Диксона не получилось.
