Сапогов смотрит немного ехидно, я тоже улыбаюсь — типа, ну да, кто же этого не знает.
— Давай дальше, уж больно мне нравится, как ты все излагаешь, — немного лести, чтобы спровоцировать продолжение разговора в таком же детальном ключе, и Олег продолжает.
— Хорошо, с этими разобрались. Дальше у нас идут обычные обладатели масок, на которых ты тоже не похож, — казалось, Сапогов наслаждает происходящим. Он что, раньше был следователем и теперь радуется возможности пусть ненадолго вернуться в привычную стезю? — Ни на новичка, который только открыл новую сторону дара, ни на ветерана, который посвятил несколько лет ее совершенствованию.
А вот здесь не очень понятно, почему и эти варианты были отсеяны. Хотя в целом послушать об официальной классификации сил этого мира — очень интересно. Тем более, от явно знающего человека.
— Почему же это не похож? — добавляю в голос наигранного возмущения. — Держался я неплохо, но и не идеально. С чего бы отбрасывать эти два варианта?
— Ветерана легко отличить по использованию заранее изученных и доведённых до совершенства комбинаций. А ты, я следил, почти никогда не повторялся, — Сапогов усмехнулся, как часто делают самоуверенные люди, считающие, что все поняли про своего собеседника. — И тогда остаются мастера, которые уже настолько освоились со своими способностями, что могут побеждать уже на одних инстинктах.
Интересная мысль. Сапогов, конечно, все слишком сильно привязывает к маске и метке, но, на мой взгляд, то же мастерство можно было начать нарабатывать и раньше. Взять, например, Лысого — владея в совершенстве мечом, получив новые силы, он очень быстро их адаптировал под свой стиль, сразу перескочив через несколько ступеней. И никаких долгих лет тренировок. Или тут сказалось вмешательство одной непостоянной любящей темноту особы?
— Ты помнишь, как я полетел в самом начале? — тоже поднимаю вверх уголки губ и напоминаю об этом не самом славном эпизоде в своей карьере. А то уж больно все Сапогов красиво расписывает, надо бы немного его приземлить.
— Помню, — вот только Олег ни капли не смутился. Нет, серьезно, откуда он такой вылез, непробиваемый и уверенный в себе? Тот же Хвостов намного проще будет. — Мастерство можно наработать и не только на людях. Тебе не хватало понимания специфики, а потом перестроение произошло практически моментально. Скорость реакции, скорость оценки обстановки и особенно принятия решений — это был очень высокий уровень.
Черт побери, а ведь он смог достать даже меня! Мне лестно — первое, и я понял, что не замечал в себе определенные изменения — второе. Я никогда не был глупым, скорее, наоборот, но здесь, в этом мире, данные черты характера, ну или, может быть, сознания обострились. Что это, воздействие экстремальных обстоятельств? Собственный рост? Или влияние того же интеллекта? А что — вполне логично. Например, сила дает большой прирост в сражении и почти незаметна в обычной жизни. Но именно что «почти» — а если рост интеллекта привел к каким–то изменениям у меня в мозгу? Та же скорость реакции?
Или еще одна гипотеза. Когда у меня начался самый сильный рост? После открытия алхимии! Что если те же зелья, особенно то, что имени Карика, влияют на мозг? И те характеристики, что я стимулирую для временного усиления, в итоге понемногу, да еще и на регулярной основе, подрастают банально за счет физиологии? Черт, столько теорий и ни одного подтверждения. Но, как бы там ни было, этот разговор принес мне уже два интересных открытия.
— Но даже и среди мастеров есть те, кто выделяются, — увидев, что я молчу, Сапогов решил, что можно продолжать. — Выделяются какой–то своей уникальной возможностью — не одиночным приемом, а чем–то большим. Обладателей даже простейших сил, что недоступны другим людям, называют униками. Те из них, что посильнее, стали генералами, ну а величайшие — жнецами.
Немного отличается от той версии, что я слышал раньше — про жнецов, что использовали свой уникальный дар и убили бога. И про генералов, что испугались. Получается, что Сапогов не знает или специально убрал из рассказа ту часть, где говорится, что эти уникальные способности могут быть как врожденными, так и приобретенными.
— Почему ты решил, что я обладаю каким–то уникальным умением? — и добавить на лицо выражение попроще. — Просто способности маски.
Раньше же ни у кого подозрений не было. Неужели этот Сапогов такой особенный? Или дело в необычном антураже некоторых заклинаний после повышения интеллекта?
