Егор начал петь, а я слушала и не дышала. Он пел о том, что жизнь порой, была к нему беспощадна, а может и не жизнь в этом виновата, а люди, которые были в его жизни. Я поняла, что тут он имеет в виду, когда-то лучшего друга, когда-то любимую им Яну. А теперь и Ани нет рядом с ним, и мне стало грустно за него. Дальше он пел о том, что в жизни бывают полосы и белые и черные, а есть особенные полосы, это именно те, которые дарят тебе того самого человека, который меняет твою жизнь кардинально. Который рядом с ним, несмотря ни на черную, ни на белую полосу. Он пел о том, что именно любовь делает нас людьми, и если бы каждый человек на свете любил кого-то по настоящему, то мир стал бы куда добрее. Он пел о том, как любит меня и мою улыбку, как благодарен мне и моей улыбке. Он пел о будущем, он пел о том, что мы будем с ним сидеть на нашем любимом диванчике, укутавшись в любимый плед, играя в приставку. И я вспомнила о картине, которая теперь висит над нашей кроватью, которую он подарил мне на Новый год, делая предложение. Это была самая лучшая песня, которую я когда-либо слышала. Многие, на втором припеве уже подпевали, а я стояла, слушала и тихо роняла слезы, одну за другой.
Когда Егор допел, все начали аплодировать и кричать ему. Меня же тянуло к нему магнитом. Я начала медленные шаги к нему, затем быстрее и быстрее. Мне не терпелось обнять его. Он тут же спрыгнул с невысокой сцены и подхватил меня на руки, впившись в меня пылким поцелуем. В нем было столько любви! Мои губы были солеными от слез, но нам это не мешало. Мне казалось, его глаза так же блестят, но только не от слез, а от счастья. Все гости продолжали аплодировать, а я крепко обнимала его за шею.
— Я люблю тебя, я очень тебя люблю, Орлов, — тихо шептала я на его ушко, не открывая глаз.
— С днем рождения, любимая, — его глаза бегали по моему лицу, а мне хотелось кричать о своей любви к этому человеку.
— Может, скажем сейчас? — спросила я.
— Я не против.
Уголки его губ немного скривились в улыбке и он обнял меня за талию, вытирая последние слезы с моих щек.
— Мам, пап, — я обратилась к своим родителям, повернувшись к гостям, — Ирина Игоревна, Виктор Николаевич, — я улыбнулась родителям Егора. Все четверо внимательно смотрели на нас, и только с лица моего папы не сходила хитрая ухмылка. Ему, явно льстит то, что он знает, то, чего не знают другие, — И все вы, ребят. У нас для вас есть объявление, точнее новость.
Мы с Егором улыбнулись, а моего папу уже разрывало от нетерпения, мама то и дело косо на него поглядывала.
Я взглянула на Егора, предоставляя слово ему. Тот гордо поднял голову и слегка улыбнулся.
— Мы хотели бы сообщить о том, что мы с Алисой, решили пожениться.
Я в это время уже надела колечко на нужный палец и выставила руку вперед, широко улыбаясь и демонстрируя кольцо. Толпа ахнула, после чего бурно взорвалась криками поздравлений и аплодисментами. Я боялась реакции родителей Егора, потому что на счёт своих родных была уверена. Они души в моем парне не чаяли. А вот как к этому отнесется его семья, для меня было загадкой. Виктор Николаевич и Ирина Игоревна изумленно раскрыли рты.
Честно признаться, мы с Егором немного напряглись, так как их реакция была неоднозначной. Повисла минута неловкого молчания. Еще мгновение родители Егора смотрели на нас, а после расплылись в широкой улыбке и двинулись в нашу сторону.
— Алиса, милая, я так рада, что избранницей моего сына оказалась именно ты, — Ирина Игоревна обнимала меня, — Ты делаешь его счастливым.
— Как и он меня, — я улыбнулась женщине, а меня уже переняли другие объятия. Это был мой отец.
— Совсем большая стала, — папа поправлял мой выбившийся локон, а я мило ему улыбалась.
— Но это еще не всё, Алис, — Егор ехидно улыбнулся, подойдя к нам, и подмигнул родителям. Те, широко улыбаясь, уставились на меня.
— Что ещё? — с улыбкой спросила я, не зная, чего ещё ожидать.
— Пойдем, — Егор обнял меня за талию и куда-то повел. По дороге к лифту, мама меня остановила и крепко обняла.
— Девочка моя. Скажи мне, ты уверена? — она смотрела на меня, а я улыбалась ей в ответ. Я ждала чего-то подобного.
— Мамочка. Я очень счастлива. И я уверена, как никогда.
— Он хороший мальчик. Просто вы еще так молоды.
— Маааам. А когда еще, если не сейчас?
— Да, ты права. Прости меня, дорогая. Просто я так волнуюсь. Я надеялась, что вы поженитесь, — она сделал выражение лица, будто это само разумеющееся, — Но не так скоро.
— Мамуль, я тоже, — мы с ней рассмеялись, и крепко обняли друг друга.
— Я люблю тебя, моя девочка.
Я начала мычать, выдавая то, что я очень тронута, и снова могу разреветься.
— Дамы, позвольте вас проводить к лифту? — Егор подошел к нам с мамой и предложил свои руки для сопровождения, согнув их в локтях.
— Доченька, знаешь, забудь, что я тебе говорила. Тут и думать нечего, — мы рассмеялись еще пуще, а Егор, кажется, все понял и шутливо закатил глаза.
Как оказалось, меня повели на выход из ресторана. Все гости послушно двинулись вслед за нами.
