– Поздравляю тебя, Мимоза! Ты попала в прекрасную сумасшедшую семью! Имей ввиду, из нормальных здесь – только Дима. Ну, всё, я помчалась! Чмоки! – крикнула Танька, уже спускаясь по лестнице.
Так в жизни Аллы появилась Мимоза.
– Ой, ты моя девочка! Ай, ты моя красавица! – приговаривала Алла, когда они с Мимозой выбегали гулять на майское поле рядом с домом.
– Разве это – красавица? – ворчал дядя Паша, – что это вообще за собака? Недоразумение! Шерсть висит клочьями.
– А мы её расчешем! – пела Алла.
– Вроде, должна быть белой, а сама не то жёлтая, не то серая!
– А мы её отмоем!
– Тощая, как велосипед, – не сдавался дядя Паша
– А мы её на усиленное питание! – у Аллы на всё был ответ.
– О! Взгляд! Взгляд у неё какой-то… Жалкий…
– Так, Пашка, любить её будем крепко-крепко, сильно-сильно. И ты, поверь, тоже. Вот прямо скоро-скоро будешь души не чаять в Мимозочке. Уж я-то тебя знаю, – хохотала Алла, целуя мужа в нос, в колючие щёки.
А Мимоза обнюхивала деревья, жевала траву, осматривалась на новом месте, никуда не рвалась с поводка. Наоборот, старалась далеко не отходить от новых хозяев. Слишком мало прошло времени, чтобы забыть каково это – остаться в одиночестве.
Новые хозяева – дядя Паша, Алкин муж, двое мальчишек – Димка и Санька, сама Алла – старались как могли, чтобы собака поняла: они одна семья и это навсегда.
Кормить было решено скромно, но сытно и обильно. Никаких деликатесов и специальных собачьих кормов, привыкнет – ничего другого есть не станет. Геркулес на крепком бульоне с мясопродуктами – идеальное сочетание: питательность – объём – цена.
Мимоза ела деликатно, как бы извиняясь. Выбирала мясные сочные кусочки, вылизывала гущу до самого донышка. Не спеша, с достоинством, словно у неё всегда была полная миска, и не приходилось бороться с жизнью за каждый кусок.
Не прошло и трёх недель с того момента, как собака покинула приют, доброе отношение и усиленное питание дали результаты. Из тощего, облезлого и несчастного животного Мимоза превратилась в настоящую красотку! Белоснежная пушистая шерсть, выразительный чёрный крап. Ну, прямо, английский сеттер, если не бордер-колли!
Вот только взгляд по-прежнему выдавал нелёгкое прошлое: беспокойный, настороженный и грустный.
– Как хорошо я тебя откормила, принцесса моя! – ворковала хозяйка. – На говяжьем бульоне ты у меня поправилась, раздобрела. Скоро и повеселеешь, – Алла не сомневалась.
– О, Таня – гроза автострад! Давай, вези меня. Будем твою водительскую квалификацию проверять! – Алла забралась в салон новенького красного Матисса.
Сияющая Танька предупредила:
– Только, Алл, давай сразу договоримся: меня не отвлекать!
Опыта вождения у Таньки было хоть отбавляй – почти две недели. Поэтому, хочешь ехать домой с ветерком – будь добра помалкивай.
Выбор между вонючей душной маршруткой и чистым салоном маленького автомобильчика был очевиден.
Поехали!
Это было очень непривычно. Хохотушку и балаболку-Таньку переговорить, а точнее – переорать – было нереально. Но сегодня её как подменили. Точнее, она превратилась в робота.Идеально прямая спина. Голова на длинной шее поворачивается по чёткой схеме: налево – прямо – направо – прямо – налево. Мёртвой хваткой вцепившись в руль, она сосредоточенно вела машину со скоростью 30 километров в час.
Молчание сгущалось. Алла заскучала. Она пробовала вертеть головой вслед за Танькой, но ничего интересного не увидела. Потом тихонечко, чтобы не отвлекать водителя прошептала:
– Таня…
Ноль реакции.
– Танечка…
Молчок.
– Тань, скажи, а…
– Заткнись! Мне сложно! – зашипела Таня, не отрывая взгляда от дороги.
– Прости – прости. Я думала, шёпотом можно.
– Алл!
В те времена у Аллы не было опыта вождения, не было прав, даже машины в их семье никогда не бывало. И не предвиделось. Зато была собака! Прекрасная Мимоза!
Быстро привыкла, быстро поправилась, на собаку стала похожа. Алла радовалась про себя, глуповатая улыбка блуждала по лицу, отражая радужность размышлений.
Рядом за рулём пыхтела Танька.
Тут раздался телефонный звонок. Напрочь забыв договорённость не отвлекать, Алла беззаботно мурлыкнула в трубку:
– Да, дорогой! А мы тут… – вспомнила и перешла на сдавленный шёпот, – с Танюшей на машине домой едем.
– Поздравляю вас, вы стали бабушкой! – дядя Паша на том конце невидимого провода явно был расположен к шуткам.
– Смешно, Паш. Я скоро буду.
– Мимоза родила щенка!
– Что? В смысле? Какого ещё щенка?!!! Не, ну ты представляешь, Тань, Мимоза-то! Блин, что делать-то?
– Заткнуться!
Новость была такой неожиданной, что Алла даже не обратила внимания, что крошка-Матисс мечется по дороге зигзагами, а белая от ужаса и злости Танька изо всех сил пытается справиться с управлением. Она справилась. И даже не высадила подругу на полпути, но клятвенно обещала больше никогда не сажать в машину эту «сумасшедшую собачью бабушку».
Мимоза лежала на коврике, благодарно и, наконец, без тени тревоги, глядя на домашних. А под тёплым розовым брюхом её копошился белый – белый новорождённый хомячок.
И пятилетний Санька сказал:
