Девушку вывели из кафе и посадили в черный «Мерседес» Е-класса. Поездка была недолгой. До ближайшего съезда с набережной. После того как автомобиль затормозил на камнях набережной, «кавказцы» вышли из автомобиля и, пихнув девушку в сторону воды, стали ждать, не убирая оружие. Несколько секунд спустя раздался тихий гул мотора небольшого катера. Парни, словно отрепетированными движениями, синхронно стали закатывать брюки до колен и жестом показали Наташе сделать то же самое.
Девушка наклонилась, закатала джинсы так же, как они, и, пока возилась с кедами, зажала в руке перочинный ножик, который держала спрятанным в стельке, затем, повернувшись вполоборота в сторону лодки, которая уже достигла мели, переложила его в правый карман джинсов.
— Господа, — сказала она, — вы хотите пригласить меня на рыбалку? Предупреждаю, я таки больше люблю на блесну.
Шутку её не оценили, ответив обрывистой фразой:
«Вам назначена встреча!»
«Кавказец» первым забрался в лодку, за ним Покровская, затем последовали те двое, которые сидели в кафе, они же помогли завести мотор на корме. Рулевой, ничем не отличавшийся от простого рыбака, промышляющего в глубоких водах, развернул тупой нос катера, дал полный вперед, и они поплыли в северном направлении по ударяющим в корму волнам.
Наташа бросила взгляд на «охрану». Они сидели, сгорбившись на ветру, держа руки в карманах, настороженные, но как бы безразличные. Быстро таяла позади, пока не превратилась в золотистое свечение на горизонте цепочка огней — это был Кранцберг.
Её везли куда-то далеко от берега. Интересно, что все это может значить?
Лодка обогнула буй, сигнал которого звучал достаточно меланхолично, и, тарахтя, стала медленно двигаться на юг. На правом берегу показались веселые огоньки деревень со специально оборудованными причалами — рай для рыбаков. У Покровской мелькнула было мысль, что, когда они поднимутся чуть выше, можно попытаться растолкать своих «кавалеров» и прыгнуть в воду, пустившись вплавь. Ага, как же, дадут ей такую возможность. В голове сразу материализовалась картина, как она прыгает с катера, сразу начинают грохотать выстрелы, свист пуль и глубокое понимание в последней вспышке сознания, что она получила одну из этих пуль. Нет, она будет сохранять спокойствие. Терпение — это высшая добродетель.
К тому же она довольно-таки сильно замерзла и двинуться не могла. А ещё её обуревало любопытство. Всётаки было чертовски интересно — кому она понадобилась? Раз её не убили там, на набережной, и не утопили возле лодки, то определенно понадобилась.
Она думала об этом, когда водитель катера развернул лодку поперек течения и направил её в небольшую бухточку. В её конце чернел полуразрушенный деревянный пирс, импровизированным уступом выступающий от берега.
Едва катер приблизился к пирсу, в глаза ударил мощный фонарь. На нос катера упал канат, и кто-то невидимый подтянул судно к берегу.
Тот парень, что тыкал в Наташу пистолетом, выбрался из лодки первым. Затем вытолкали её саму. Двое из кафе почтительно козырнули и остались на катере. Катер сразу же дал задний ход и поплыл в обратном направлении. На пирсе их встретили ещё двое мужчин. Таких же непроницаемых и безмолвных. Они окружили Покровскую и повели по пыльной грунтовой дороге. Было очень темно, только метрах в ста от них между невысокими деревьями мерцал огонек. Когда Наташу подвели ближе, она увидела, что свет исходит от фонаря, качающегося на выцветшем от времени деревянном столбе. Сам столб стоял возле массивного складского помещения, которое в отличие от столба блестело и сверкало. Похоже, новое, а может быть, за ним просто добросовестно следили.
Её подвели ко входу, и возле двери она увидела несколько картонных коробок, на которых было написано — «Kranzberg — Novorossijsk. Kurica — indejka, «Agromir» 397694». Ничего пояснительного она в этом не увидела.
Они вошли. Внутри склада, слава богу, было тепло.
Девушку вели между рядов таких же картонных коробок, которые Наташа видела у двери. Вполне вероятно, камуфляж. Тут же валялись сложенные стульчики, видно было, что здесь только что играли в карты. Вероятно, они находились в помещении охраны. Один из сопровождающих прервал весьма нелюбезный тычок пистолетом.
— Не останавливаться, — посоветовали ей.
Девушка решила, что лучше не спорить, особенно, когда сзади трое крепких парней.
Покровскую подвели к массивной алюминиевой двери, за которой, наверное, скрывался еще один отсек в этом здании. Может быть, именно там её ждали ответы. Вероятно, там был главарь этой шайки.
Другого шанса может и не быть, решила Покровская. Правой рукой она уже сжимала рукоятку ножа в кармане. Внезапно выбросив вперед левую руку, она проскочила в дверь и одним резким движением захлопнула ее за собой, пригнулась, готовая метнуть нож, если что.
Сзади неё послышались крики, кто-то усиленно навалился на дверь, но Наташа держала дверь спиной, не давая открыть. Впереди неё за письменным столом сидел мужчина среднего возраста, даже не пытаясь защищаться.
— Хватит! — крикнул он.
