Он оттянул повязку и остатки штанины. На голой коже были грязь, кровь, что-то похожее на засохший гной, а когда он смыл слой грязи, завоняло гнилью. Но он также обнаружил на ране какие-то растения: листья, корни, зеленая кашица. Тоже лекарственные средства троллей? Если так, то, похоже, они подействовали. Разрыв на коже так и не был зашит, но более-менее зажил. У него будет замечательный шрам, чтобы пугать внучатых племянниц в Перезагрузке. Но, как он с облегчением заметил, признаки инфекции или симптомы гангрены отсутствовали, в противном случае, несмотря на всю помощь троллей, он потерял бы ногу, а то и жизнь.
Он осторожно, медленно ощупал голень до самого перелома. Там на кости был твердый узел, который болел, если на него надавить. Так что он прекратил ощупывание. Значит, срослось неровно. Но с поддержкой Лиз он может ходить. Если сделать какие-нибудь костыли, то можно передвигаться. Могло быть гораздо хуже.
Продолжая осторожно разматывать эластичные бинты, он обнаружил еще кое-что неожиданное: сделанные кое-как планки, привязанные не только его бинтами, но и кусками веревки, по-видимому, взятой из его рюкзака, с аккуратными узлами.
– Ты это видишь? – громко спросил он. – Тролли с помпонами. И вот тролли завязывают узлы. Спорим, Лобсанг, ты никогда такого не видел?
– Тролли завязывают узлы.
Слова звучали так, словно говорили в маленький рупор. Вздрогнув, Джошуа комично растянулся в прибрежной грязи. Слова на английском! Абсолютно неожиданно.
Над ним захохотал тролль. Конечно, это был Санчо, наблюдающий за его ужимками. Санчо держал троллий зов.
Джошуа пристально посмотрел на него.
– Так это был ты!
Санчо опять поднял троллий зов. Размером и формой он напоминал кларнет: труба, покрытая какими-то электронными деталями. Когда Санчо поднес его ко рту, троллий зов заработал:
– Тролли завязывают узлы! Хорошие узлы большие узлы крепкие узлы.
– У тебя есть помпон болельщицы, а теперь еще и троллий зов. Какого черта?
Но, конечно, если говорить не через троллий зов, Санчо не поймет ни слова.
– Дай мне эту штуку.
Санчо протянул троллий зов.
Отдельные тролли умнее шимпанзе, но не настолько умны, как люди. Некоторые специалисты считают их по интеллекту равными давно исчезнувшему человеку прямоходящему. Их острый ум проявляется в коллективном поведении: совместной охоте и долгом зове – бесконечном хоре, в котором словно заключены как глубочайшие воспоминания их расы, так и отчеты о настоящем – что разведчики нашли за горизонтом пищу, что детеныш выказывает признаки усталости в походе.
Тем не менее по отдельности тролли тоже имеют язык: уханье, пыхтенье, жесты и, да, песни – уж точно более мудреный язык, чем у шимпанзе. Чтобы общаться с ними, нужно всего лишь перевести с их языка на свой.
И несколько десятилетий назад Лобсангу это удалось с первым тролльим зовом.
Джошуа повертел инструмент в руках. То, что этот прибор выглядел гораздо замысловатее старого образца Лобсанга, было неудивительно. Удивляло, что этот чудаковатый старый тролль носил его с собой. Перевернув инструмент, Джошуа обнаружил надпись на маленькой пластиковой табличке:
СОБСТВЕННОСТЬ УНИВЕРСИТЕТА ВАЛЬГАЛЛЫ
ДЕЛОВОЙ ЦЕНТР ДВА
НЕ УДАЛЯТЬ
Джошуа хлопнул себя по голове. Вальгалла! Вот где он видел такие помпоны. Его сын Род в бытность свою Дэном ходил в школу в Вальгалле, самом крупном городе Верхних Меггеров. Дэн не пробыл там достаточно долго, чтобы поступить в колледж, но они с Джошуа несколько раз играли там в футбол.
Джошуа повернулся к Санчо и уставился на него.
– У тебя какие-то дела с университетом Вальгаллы?
Подняв троллий зов, он повторил вопрос.
Санчо слушал, нахмурившись. Затем забрал троллий зов, его кожистое лицо сморщилось от сосредоточенности. Все лингвистические структуры, начиная от основ грамматики, у людей и троллей сильно отличаются. Все, на что способен троллий зов, так это предложить наиболее вероятный перевод.
Наконец Санчо показал на свою грудь.
– Факультет.
– Что? Ты учишься на факультете? В колледже? О, я понял. Они тебя учили, правильно? Как Лобсанг троллей в заповеднике. Хм-м. Или, может быть, ты изучал их…
– Должность! Должность Санчо! Ух! – Он уронил троллий зов в грязь, заухал, зашлепал по воде и сложил свои огромные ручищи над головой, очевидно, очень развеселившись.
Джошуа вопрошал себя, не лихорадочный ли это бред.
С приближением вечера вернулись остальные тролли. Некоторые несли еду – корнеплоды в горстях, мелкую дичь. Крупная самка Салли тащила на плече тушу какого-то животного, похожего на оленя, но, возможно, не оленя.
Они собрались поближе к тому месту, где так долго пролежал Джошуа, возле утеса. Тролли поделили между собой овощи и фрукты.
Теперь, будучи более дееспособным, Джошуа видел, что это хорошее место: защищенное утесом, да и вода недалеко. Такое же хорошее, как и то, что он выбрал для своего частокола. Можно спрятаться в скалах, если нагрянет стадо бронированных слонов. Есть даже выступ сверху для защиты от тех настырных птеродактилей.
