Они покинули Приют на Западе-5 утром. Паровой трамвай отвез их в центр города, где возвышался большой деревянный сарай Капитолия, в котором заседал Конгресс Соединенных Штатов. Само здание было копией уничтоженного Капитолия на Базовой.
Там они вышли и перешли в сторону Запада-31. Однако оба были не слишком хорошими путниками, и сестра Колин настояла на том, чтобы двигаться медленно, делая между переходами перерывы по десять-пятнадцать минут, хотя таблетки от тошноты, которые они приняли, оказались весьма эффективными. Поэтому им потребовалось несколько часов, чтобы миновать мозаику последовательных Мэдисонов, каждый из которых был более-менее застроен, хотя и не так, как на Западе-5.
На обед они остановились в закусочной на Западе-20.
До Запада-31 они добрались около четырех часов дня. Стоял сентябрь, но в этом мире день выдался теплым и солнечным. Конечно же, география этого последовательного Мэдисона была практически такой же, как на Западе-5. Был здесь и Капитолийский холм, а если немного пройтись, то они без сомнения обнаружат озеро. Но здесь не было никакой серьезной застройки, только следы колес среди прерии, ведущие к берегу озера. Казалось странным, что такой близкий мир настолько пуст. Но даже во время великого исхода после взрыва Йеллоустона и эвакуации Базовой всего лишь около дюжины миров на восток и на запад вместили почти все бежавшее население. Ведь, в конце концов, каждый мир был целой Землей в натуральную величину, каждая последовательная Америка – девственным континентом размером с родной.
Правда, здесь, на Западе-31, на вершине Капитолийского холма стояла гостиница для путешественников, на шесте отважно трепетал флаг с голографическими звездами и полосами Эгиды США. Сестра Колин заранее разузнала про это место и забронировала номера. Теперь она тяжело взбиралась на холм, а Ян тащился следом. К тому времени, как они дошли до крыльца, ботинки у обоих были в грязи.
Это сборище одноэтажных домиков можно было бы назвать мотелем, уныло подумала сестра Колин, если бы сюда хоть когда-нибудь добирались автомобили. И если не знать, что это переделанные временные казармы, наскоро построенные американскими военными в дни хаоса и бегства после Йеллоустона, когда последовательные Мэдисоны превратились в лагеря беженцев. Тем не менее регистратор оказалась дружелюбной, а их смежные комнаты – чистыми.
Войдя в комнату, Ян не потрудился разобрать вещи, а сразу разложил на кровати свой планшет и рукописные заметки, после чего установил на столике маленький самодельный радиоприемник. Он щелкнул выключателем, и экраны сразу же замерцали. Вздохнув, сестра Колин оставила его в покое. Она и раньше видела его таким.
У себя в номере на маленькой газовой плите она вскипятила чайник. Очевидно, готовили тут самостоятельно и без электричества – отопление и свет обеспечивались за счет бутилированного биотоплива. Когда ей захочется помыться, придется снова кипятить чайник. И она надеялась, что батарейки у Яна сядут не слишком быстро.
Она взяла кружки с кофе и прошла через общую дверь в комнату Яна. Сосредоточенный на приемнике, он даже не снял верхнюю одежду. Она поставила кружку на стол рядом с ним.
Он поморщился.
– Не залейте мои приборы.
– Не залью. А теперь послушай меня, Ян. Ты выпьешь этот кофе и снимешь куртку, а потом я приготовлю тебе что-нибудь полезное, и ты это съешь.
Он посмотрел на нее и улыбнулся. У него были тонкие черты лица, а сам он выглядел недокормленным, но она всегда считала, что его улыбка освещала комнату.
– Что-нибудь полезное?
– Наглец. Просто помни, что я тут главная.
– Конечно, Колин.
Она поджала губы.
– Для тебя – сестра Колин.
Она была чуть больше, чем вдвое, старше его и усвоила, что со старшими детьми из Приюта надо вести себя пожестче. Дружелюбие со стальным стержнем – вот решение. Сестра Колин оглядела домик: голые стены, выскобленные полы.
– Что за место. Такое впечатление, будто построившие его солдаты только что уехали… Лучше бы ты потащил меня на Запад-3, куда отправился сначала. Там у них настоящие мотели. С электричеством. И душем. – Она вздохнула. – А если мы не найдем то, что ты ищешь, в этом мире, нам придется отправиться дальше, да? Куда?
– Наверное, на Запад-314.
– Триста четырнадцать? Это далеко. – Она посмотрела на его планшет, на заметки. У него была папка на кольцах с компьютерными распечатками и вырезками из зернистых газет Ближней Земли. – Что ж, мы здесь, идем по твоему следу. Может, тебе стоит помочь мне понять? Откуда взялись эти числа, Ян?
Он уставился на нее.
– Разве не очевидно?
– Я всегда ненавидела математику, а загадки еще больше. Просто сделай вид, что я не имею ни малейшего представления, о чем ты говоришь.
Он взял свою папку и принялся листать, пока не нашел страницу, покрытую рядами цифр.
– Посмотрите.
Она наклонилась, чтобы прочитать.
3,14159265358979323846…
Она пожала плечами.
– И? Лотерейные номера? Астрология?
– Сестра, это первые три тысячи цифр числа пи.
– Какого пи? А-а, пи. Что-то связанное с окружностями?
