Вспомнив разговор с Мэрис в беседке, Парк густо покраснел и сообразил, как его слова были интерпретированы. Еще во время связывания Парк понял, что этот процесс для чиссов сродни некому культу, важному обряду, чему-то тайному, напоминающему близость между мужчиной и женщиной и, по-видимому, не только. Его догадки подтвердила Мэрис, отказавшаяся общаться на эту тему. И вот теперь аристокра Рохазас явно чувствовала себя неловко, будто невольно встала между капитаном и гранд-адмиралом, словно, сама того не подозревая, влезла в их отношения.
Парк удивленно заморгал. Но ведь Мэрис и Траун пара! Ей ли не знать? Так почему же такая реакция?
Ее стройный силуэт покоился у иллюминатора, а транспаристил отражал свет алых глаз. Рохазас походила на комету, затерявшуюся в черноте космоса и направлявшуюся к центру звездной системы, чтобы облететь вокруг нее и исчезнуть в бесконечности на многие тысячи лет или, сменив траекторию, сгореть в пламени солнца.
Восс подошел к ней со спины и замер в нерешительности. Рохазас прямо дала понять, что испытывает симпатию, но если она не примет его или посчитает его действия оскорбительными?..
Ладони сами легли на плечи, и Парк осторожно обнял ее, аккуратно прижав к себе. По прохладной, гладкой коже пошли волны, похожие на мурашки. Попытки отстраниться не было. Ладони опустились ниже и легли на талию. Восс замер, ожидая, что Рохазас отпрянет, но изящные прохладные пальцы мягко прикоснулись к тыльным поверхностям ладоней, а голова немного повернулась в его сторону. Касание щеки обожгло приятной прохладой.
Он нежно обнял Рохазас и деликатно накрыл ее губы своими. Поцелуй получился робким и длинным. Необычная пара — алоглазый чисс и белокожий человек — будто застыла посреди Вселенной, купаясь в свете далеких звезд, сияющих за иллюминатором. Парк все еще боялся напугать Рохазас. Оторвавшись от ее губ, он заметил, что женщина опустила веки, наслаждаясь ощущениями. Затем плавно она повернулась к нему и коснулась ладонью щеки.
Темно-алое пламя чисского взора оплавило мягкий янтарь человеческих глаз. Кончик ее носа коснулся другой щеки, и прозвучал шумный вдох, от которого мурашки побежали по коже. Рохазас будто впитывала его запах. Тонкие пальцы провели по шее, двигаясь деликатно и осторожно, а затем, когда Парк, наслаждаясь приятными прикосновениями, рефлекторно запрокинул голову, тонкие губы чисса примкнули к светлой коже.
Едва только он почувствовал касание зубов, как непроизвольно вздрогнул, но Рохазас, не желая его напугать, аккуратно прочертила влажную линию по коже над кадыком. Языком… оказавшимся шершавым. Восс удивленно охнул, на что услышал мягкое шипение, вибрация от которого передалась по всему телу.
Рохазас отстранилась и внимательно посмотрела на него. Восс нехотя выпустил ее из объятий.
— Прошу пр… — выдал было он, чувствуя, как лицо заливается краской.
— У вас кожа необычная, — прошелестела чисс, деликатно перебив его. — Мягкая и в то же время колючая.
Восс мысленно отругал себя, сообразив вдруг, что в пылу свалившихся на него обязанностей и не заметил, как отрастил трехдневную щетину.
— И запах необычный… — задумчиво произнесла она. — Что значит касание губ?
Немного опешив от вопроса, Восс вовремя взял себя в руки, припомнив, что перед ним представительница иной расы.
— Это поцелуй, — сказал Парк и сразу же пояснил. — Так люди выражают чувства по отношению друг к другу, — Рохазас кивнула, принимая его ответ. — А что сделали вы? — поинтересовался он, помня приятное прикосновения шершавого языка, прохладных губ и попытку укуса.
— Ч’усабах, — ответила она и, подумав, добавила: — Это значит почти то же самое, что у людей.
— Почти? — поймал на слове Парк.
— Это важный шаг к доверию, — сказала она и положила изящные руки ему на плечи. — Могу я попробовать… поцелуй?
Парк обнял ее и погладил по спине. Манящие губы приблизились к нему и мягко прикоснулись, даря новые, приятные ощущения. Неумелый, но такой эстетичный поцелуй оказался сладок, словно сок спелого джогана, и Парк, положив широкую ладонь на ее затылок, деликатно взял инициативу на себя, по-человечески страстно прильнув к губам. И снова прикосновение шершавого языка удивило, но не отпугнуло. Восс крайне деликатно провел по нему, поражаясь, насколько удивительна женщина, находящаяся рядом с ним и, едва не отдернулся, когда крючковатые, подвижные сегменты, проникнув в рот, провели по его языку.
— Не пугайтесь, — прошептала она, на миг отстранившись от его губ.
Отбросив все страхи, Парк углубил последующий поцелуй, Рохазас была не против. Так необычно, красиво и в то же время опасно. Адреналин выбросился в кровь, заставив ее бурлить, а ритм ударов сердца увеличился. Ее язык аккуратно двигался, изучая его и бороздя внутренние стороны щек и верхнее нёбо. Прикосновение к корню вызвало приступ кашля.
