— Хитрый, умный Малфой, — пропела Плакса. — Я надеялась, что ты умрёшь в битве за Хогвартс. Мы бы были прекрасной парой. Я бы поделилась с тобой женским туалетом. Вместе бы плавали по трубам… — мечтательно протянула она.
«Я слышал разные фантазии на свой счёт, но эта, пожалуй, самая извращённая».
— Это… очень мило, — сдерживая смех, ответил слизеринец.
— Вот никогда бы не подумала, что придётся ревновать тебя к призраку, — фыркнула Гермиона.
«О, женская ревность — это смешное зрелище».
— А мы прекрасная пара, между прочим, — вставила Миртл.
«Не в этой жизни»,
— он улыбнулся чёрному юмору..
«Да и в загробной жизни я бы предпочёл остаться с этой неугомонной копной кудряшек».
— Ты для него
старовата
! Не находишь? — разозлилась Грейнджер.
— Ну-ну, дамы. Меня на всех хватит, — издевался Малфой. — И, Гермиона, по меркам призрачной жизни Миртл достаточно молода. В Хогвартсе есть призраки, которые живут в замке с самого его основания, — он продолжал улыбаться, пока девушка не встрепенулась в его руках.
— О, Мерлин! Драко! Я нашла, — воскликнула она. — Зачем что-то искать в библиотеке про Выручай-комнату, когда можно спросить у тех, кто жил в замке в момент её создания! Призраки! Они должны знать кто, когда и как создал Выручай-комнату.
«Блять».
«Только не это».
«Я надеялся, что просто ничего не найду. Что просто отдамся течению, но нет, блять».
Девушка посмотрела на слизеринца. Но Драко не мог совладать с эмоциями. Дыра, расползающаяся внутри, и изнывающее ощущение скребущихся об душу когтей отобрали самообладание натренированного аристократа.
— Ты не рад? — осторожно спросила Гермиона.
— Рад, — как-то сухо ответил парень. — Надо поспрашивать у них. — отчуждённо продолжил он.
«Чёрт. Чёрт. Чёрт».
«Хотел бы я забыть о том, что нам мешает».
— Драко? — остановила его Гермиона, заглядывая в глаза. — Ты что-то от меня скрываешь?
«Не спрашивай. Прошу. Только не здесь, только не так. Когда мы счастливы…»
— Нет. Просто так неожиданно. Я уже почти смирился с тем, что не найду их. Здорово, что появилась зацепка, — напуская непринуждённость, сказал он.
На лице гриффиндорки всё ещё боролись какие-то чувства, но она выдохнула и продолжила.
— Тогда давай искать дальше. Вместе.
— Да. Конечно. Завтра начнём? — спросил Малфой, отстраняясь и выходя из бассейна.
Но мысли его противоречили словам.
«Сколько ещё можно будет протянуть это завтра?»
Саундтрек:
Maitre Gims— Je Te Pardonne feat Sia
Чем больше люди скрывают,
Тем меньше к ним доверие.
Голова пульсировала от напряжения и внутренней борьбы, которая совершенно уничтожала не так давно восстановленное психическое и ментальное здоровье девушки.
Зеленоглазый брюнет с такими же, как и у неё самой, непослушными волосами нервно метался из угла в угол, лихорадочно приговаривая себе под нос. А рыжеволосая девушка накручивала на палец длинный локон и покусывала нижнюю губу.
— Гермиона! Давай. Повтори ещё раз, — потребовал Гарри.
— Да сколько можно уже? — нервно бросила Грейнджер.
— Последний раз! — нетерпеливо поторопил её гриффиндорец.
Друзья расположились в гостиной башни старост, пока другие члены старостата отсутствовали.
— Мы с Драко встретили Плаксу Миртл — привидение женского туалета. И мне пришла идея, что o Выручай-комнатe можно спросить у призраков замка, — повторила Гермиона уже четвёртый раз за вечер.
— И он как-то странно отреагировал, да? — Поттер снял очки и потёр переносицу двумя пальцами руки.
— Да. Он как будто растерялся. Будто не хотел больше искать эти часы… — ответила Гермиона.
— Крестражи!
Крестражи
! — взревел Избранный. — Мерлин, ты действительно веришь в эту дерьмово-придуманную историю о часах? — он приблизился к подруге, заглядывая в карие глаза.
— Верю. Я верю ему, — как-то тихо выдавила девушка.
Поттер разочарованно простонал, отворачиваясь от неё. Он прошёл вдоль дивана к креслу и с размаху упал в него, смачно ругнувшись, что было совсем ему не характерно, но вырывалось, когда он был сильно зол.
— Гарри, если бы у тебя осталось что-то от отца. Что-то важное, как напоминание о нём. Ты бы разве не хотел найти это? — спросила Грейнджер.
Парень закрыл глаза и молча раздумывал несколько минут.
— Возможно, — наконец ответил он. — Но мой отец — не Пожиратель Смерти! — добавил он.
— Какое это имеет значение? Он — его
отец
! Родителей не выбирают, блин!
— То есть ты уже не осуждаешь Люциуса Малфоя за его поступки? Он теперь для тебя не просто Пожиратель Смерти, ярый сторонник Волан-де-Морта? — процедил Поттер.
— Я этого не говорила! — взорвалась Гермиона. —
Ему нет прощения
! Просто… я пытаюсь достучаться до тебя. Что Драко не виноват в том, что делал Люциус! Не виноват в том, что он его сын. Он ведь для него, в первую очередь, отец!
Гарри раздражённо чесал ногтями коленки, а Джинни и вовсе не поднимала взгляда на подругу.
— Просто тогда в Хогсмиде мне показалось, что Драко что-то решил для себя. Что-то важное… Я думала, что это касается нас с ним. Но теперь я думаю, что это решение было связано с поисками часов и восстановлением Выручай-комнаты, — отрешённо размышляла гриффиндорка.
