Молодому человеку, как он считает, в детстве случилось стать наделенным необыкновенной силой, внутри него обитает существо сверхъестественное могущественное, возможно на усмотрение читателя, являясь лишь элементом магического реализма. Приключения его происходят в самом красивом нашем городе Петербурге, и описаны с максимальной правдивостью и веселостью собачьего существования, включая кровопролития, потребление запрещенных веществ, секс, дружбу, поиск конечно любви и счастья-счастья. Содержит нецензурную брань.
1
ай.
Самое раннее воспоминание, пфф… пластиковый зеленый горшок, на нем переводка-наклейка крассная гоночка, мне можно срать прямо в зале, почетно, в самой большой комнате с телевизором, тебя хвалят за этот естественный труд, но так продолжается не долго, говна из тебя все больше, воняет сильнее и потихоньку переселяют ближе к дверному проему, потом в коридор и дальше ты взрослый.
Не из тех я кто говорит – помню себя с трех, пяти, двух, одного… – и сейчас невсегда понимаю сколько мне лет, не люблю настальгировать и упиваться надуманным прошлым,
но одно мистическое событие упамяну, когда стал постарше и уже был велосипед – самая лучшая вещь, и друг с которым катались, приезжый соседский паренек его звали – кому теперь не насрать как.
Он приехал на лето и жил у своей бабки, эта старая ведьма отравляла мне жизнь, постоянно жаловалась моим родным на то что я играю, бегаю, сижу, стою, дышу, вообще хоть что то делаю у нее на глазах, а в её огороде мой мячик, ненавижу ее всем своим маленьким сердечком.
Однажды после катания внук предложил мне погладить всегда спокойную на вид собаку Малыша, небольшого роста на коротких лапах крепкого телосложения, я его никогда не трогал и не боялся, он всегда тихо трусил своими лохмотьями рядом с нами, не лаял, за колесами не бегал, держался особняком и хорошо скрывал свою тайну.
Подстрекаемый, любопытный, робко протянул руку к его собачьей голове и как только дотронулся – утробное рычание, оскал, свирепый взгляд в бок, резко дернулся и укусил!
У меня шок, все это одно мгновение и Малыш спокоен, с достоинством постоял немного и неотводя косящие в нас глаза отошол, я же чуть не обкакался и наверное плакал, сосед улыбался.
Возможно это было возмездие, кара, месть животного мира за уничтоженные мною полчища муровьев и мух, возможно мне преподали урок, я его не понял.
Сейчас непомню уже и лица того молодчика, что несомненно подставил меня, именно он нанес что то темное на меня еще серенького тогда.
А спустя несколько дней этот товарищ предложил мне подраться, я принял вызов, врезал ему по яйцам и победил. Он исчез.
– Душа беса! – кричала, тряслась, грозила палкой его бабка каждый раз завидя меня.
После укуса открылись способности – чувствовать настроение, сильно волосатые ноги и иногда могу задрать человека.
Опустим подростковые отвратительные детали становления своеобразия характера, всякое было когда-то но то был не я.
Я это я сейчас, и как только подрос, сильно замечтал уехать в город поготичнее, это же так просто, нужно только купить билет и выйти за дверь, что порой тяжело сделать человеку но собака внутри меня хочет гулять не дает мне покоя, одеваю ошейник, пристегиваю поводок, поворачиваю ключ открываю дверь и зверь рвется наружу распираемый радостью, он силен тащит по лестнице вниз, на улице свежий воздух, глубокий вдох, шаг за шагом мне лучше и лучше, дальше аэропорт, небо, я пущенная стрела.
2
Санкт-Петербург, площадь Восстания, Невский проспект, я в предвкушении, у меня хорошее предчувствие, я готов, представляю как падаю на одно колено, опускаю голову, закрываю глаза и произношу
– Свободный дух творца, взываю к тебе, направляй и твори, то что нужно и куда надо.
Вскидываю голову, делаю глубокий вдох, вздрагиваю, открываю глаза вижу – прям над проспектом из окна второго этажа вылазит бронзовый механический человек и крутит педали.
–А ты чё стоишь сам себе улыбаешься, – пьяненькая бездомного вида блондинка подошла ко мне, – весело что ли? – обошла сзади ущипнула за жопу, отошла улыбнулась. Да, мне нужна женщина, но не эта, избирателен, иду дальше.
Середина лета, ярко освещенные солнцем дома, каждый фасад индивидуален как лица людей идущие непрерывным потоком – навстречу мне крупный молодой человек машет руками перед собой, громко читает что-то, такой бодрый, горячий, в одной маячке растянутой почти до колен, а прохладно, ветерок такой неприятный.
В окнах кафе за столиками выставлены девочки по одной и парами, они не продаются, просто скучают.
–Друг ты любишь спорить, – типок внезапно подскакал ко мне и оживленно так говорит, – что если твой номер телефона написан у меня на руке… и продолжает что-то лепетать про деньги выиграть, уже и не разбираю его, что он несет.
–Ты чё? – спрашиваю и смотрю в глаза, он замолчал, я повторяюсь -ты чё?
–Я просто спрашиваю, – нашелся, виновато так ответил, отстал.
Стою на светофоре, через дорогу в витрине магазина продавщица нагнулась выставила задницу в черных вениловых легинсах, другая подошла и гладит ее по голове.
На пересечении с улицей Садовой лежит голубь, почему то без головы, блть, как дует мне нужна курточка.
Красиво. Красота волнующая по хорошему вдохновляющая, глядя на Исаакивский собор я думаю сколько человек делали вон того бородача с животными, кто были эти люди, как они жили, у меня мурашки по спине от этого собора каждый раз.
-А мне некогда бухать! (потому что…) ,– угрюмый чел кричит в трубку, бросает в урну бычок.
Пять шагов от него «кучка» веселых обнимающихся, радостно так, орущих мужичков, они бухают.
