— А как я мог тебя предупредить Леня? Ты все мои звонки сбрасывал.
Богданов потупился. Волков продолжил:
— Вот я и приперся к тебе собственной персоной. Ладно замяли. Теперь немного о Франции.
Волков насмешливо усмехнулся:
— Ты ведь на сколько я понимаю, своего благодетеля, который тебе грант организовал, не помнишь даже как зовут.
Леонид настороженно посмотрел на Волкова, а тот продолжил:
— Зовут его Морис Ревиаль. Пока твои неприятности были невелики я ограничивался сообщениями Путеводной Звезды. Но ты на них плевал. То, что ты их читал, я знаю. А то что ты их не принимал во внимание, извини, это твои огрехи. Но вот последние события меня уже серьезно взволновали. Поэтому я и пришел.
Геннадий недоверчиво уставился на Волкова. Александр продолжил:
— Так вот. Возвращаясь к Морису Ревиалю. Ему в этой истории с грантом досталось куда больше тумаков чем тебе, Лёня. Его поперли со службы. А служил он в разведывательном сообществе Франции. На лицо явная несуразица. Вроде все должны быть довольны. Он прекрасно справился с заданием. Дальше уже дело только за Бариньи.
Богданов наморщил лоб:
— Бариньи это кто?
Волков насмешливо хмыкнул:
— Я думал, ты своих зарубежных коллег хорошо знаешь. Бариньи это не последняя фигура и величина в биологических научных кругах Франции, да и не только Франции, но и мира. Он, к твоему сведению, не был на конференции в Черногории только потому, что читал лекции в летней школе НАТО.
Леонид поморщился:
— Ну тут все понятно.
Волков с сарказмом поинтересовался:
— Чего тебе понятно?
— Да то, что они там Франции хотели на халяву получить методику генной модификации муравьев.
Волков недовольно поморщился:
— Ох оставь Леня. Научился Бариньи самостоятельно генетически модифицировать твоих муравьев. К тому же вышибли Ревиаля из разведки еще задолго до этого как разразился этот конфликт с методикой. А знаешь что ему вменили в вину?
Богданов иронично хмыкнул:
— Наверное то, что я его перевербовал в ФСБ.
Волков протяжно выдохнул воздух через губы:
— Почти угадал. Его обвинили в участии в твоей коррупционной схеме.
У Богданова перекосило лицо и он непроизвольно подался вперед:
— Чего, чего?
Он тут же истерично захихикал:
— Участие в моей коррупционной схеме? Я сейчас от смеха помру.
Суржиков тоже саркастически хмыкнул:
— У них там во Франции совсем крыша поехала? Где Ленька Богданов, и где коррупция?
Волков налил в свою стопку еще коньяка:
— А ничего смешного нет. Ревиалю его руководство поручило расследование связанное с распространением Биткоина в нежелательных сферах. Он не долго думая рванул в Грецию, в Салоники где сидит наш соотечественник Винник. Винника обвиняют в махинациях с криптовалютой. И тут Ревиаль, как бы между делом посещает Черногорию и встречается там С Леней.
Богданов обескураженно уставился на Александра:
— Ну встретился, ну и что из этого? В чем здесь криминал?
— А криминал в том Леня, что ты делал прогнозы по криптовалюте для Олега. А они до этого докопались.
Леонид открыл в изумлении рот не зная что возразить.
Волков вздохнул:
— Так вот Леня. Слежку за тобой устроили не из-за твоей триггерной социализации, а из-за твоих прогнозов по фондовому рынку и рынку криптовалют.
Богданов дурашливо хмыкнул:
— Да брось ты. Ерунда какая-то. Такими прогнозами занимаются сотни людей в интернете.
Волков жестко его оборвал:
— Хоть брось, хоть подними. А чтобы ты не сомневался посмотри, какие сообщения посылали за границу те, кто за тобой следил.
Волков порылся в своем смартфоне и демонстративно положил его на стол перед Богдановым:
— Смотри, смотри.
Богданов завороженно смотрел на экран. К Леониду придвинулся Геннадий и тоже уставился на смартфон.
Волков комментировал:
— Ни одного видео или сообщения по поводу триггерной социализации, но очень подробно освещены все твои сеансы работы на АВМ.
Первым от просмотра видео оторвался Геннадий и жалобно посмотрел на Волкова:
— Из огня да в полымя. И чего теперь делать?
Александр неопределенно пожал плечами:
— А черт его знает, что с этим делать. Попробую докопаться как они эту информацию используют. А там видно будет.
Геннадий отрешенно размышлял вслух:
— С одной стороны камень с души упал. Не по мою душу охоту устроили. А с другой стороны не знаешь что тут и думать, и чего ожидать.
Он заторопился:
— Ладно, я пойду. И так здесь задержался. Сейчас Вера начнет назвать. Наливай на посошок, и я двинусь.
