– Там есть улица Фримонт – почти как Бродвей в Нью-Йорке. Все горит огнями, сияет, переливается всеми цветами радуги. Люди там гуляют и днем, и ночью. Им вообще все равно, какое сейчас время дня! В Вегасе время останавливается. И вот тот чел, который меня повез, высадил на Фримонте. Я пошла дальше одна. В одной руке свежекупленная бутылка Кока-Колы, во второй – мой чемоданчик. Взрослая донельзя!.. Шла, шла… Оглядывалась вокруг. Потом решила присесть, отдохнуть. А там шоу началось – всякие эти световые фонтаны, гимнасты, жонглеры. Просто так, посреди людей. И совершенно бесплатно!
Люси похихикала, отпивая еще мартини. Забросила ногу на ногу в своих пижамных штанах.
– Я думала, чокнусь от такого зрелища! Я сама из Санд-Пасса, городок на десять улиц, одно название только, что город… А тут такая красота! В общем, сидела, разинув рот, а мои вещички-то с деньгами и попятили.
– Это ужасно, Люси! Что же ты сделала? – Тони улучил минуту, чтобы сфотографировать ее, пока она опустила голову, задумавшись. Люси закрыла рукой лицо, смущенно улыбаясь.
– Нашел, когда фотографировать.
– У меня методика такая, Люси. Чтобы снимки живые были, понимаешь? Когда позируют – немного не то получается.
– Да? Ну, неважно. Все равно сфотографируй меня потом нормально. – Она зевнула. Закуталась в боа. – Может, завтра перед сменой. Когда при памяти. – Люси снова пьяно захихикала.
– А что дальше? Как ты оказалась у мамы Доры?
– О, я далеко не сразу к ней попала. Где Вегас, а где это место! Сравнил, тоже мне.
– Ты пробовала искать свои вещи? Пошла в участок?
Люси кивнула. Потом покачала головой.
– Я испугалась сильно. Стала подходить к прохожим, спрашивать, не видели ли они, кто украл мой чемодан. Никто, естественно, ничего не видел. Ведь такое шоу вокруг!.. И я, дурочка, бегаю тут со своими проблемами.
– Но почему ты к полицейским не пошла? Ведь можно же было заявление написать. Твои вещи бы обязательно нашли!
– Ах, Тони, ну, такой ты наивный, ей-богу!.. – Люси потянулась было к нему, чтобы потрепать по волосам. Но затем выпрямилась в кресле, попивая мартини. – Я же еще несовершеннолетняя была, когда из дома сбежала. Меня бы обратно приемным родителям вернули, а я только оттуда вырвалась! От этого Бивера несносного, который только и делал, что пил, да лупил меня почем зря.
– И куда ты тогда пошла?
Люси пожала плечами, покачивая ногой в пушистой тапочке из стороны в сторону. Подперла голову рукой.
– Переночевала на улице. Тогда лето было еще, ночами можно спать без всякой одежды. На следующий день еще раз обыскала всю эту улицу, думала, может быть, мой чемодан хотя бы с документами где-то найду, черт с ними, с деньгами.
– Не нашла?
Она покачала головой. Коротко взглянула на Тони, вымучивая улыбку.
– В Вегасе, наверное, какие-нибудь благотворительные фонды есть? Почему ты туда не пошла?
– Тони, ну, какой ты зануда. – Люси встала, пошатываясь. – Какие еще благотворительные фонды? Я пару дней питалась тем, что собирала со столов в ресторанах и кафе еду, которую не доели гости. Пока меня не запомнили местные служащие и не стали гнать, как только издалека видели. Я же, кстати, в стриптиз-клуб тоже заходила. Думала, может быть, возьмут меня, с документами помогут.
Тони помолчал. Вся эта история была такой жалостливой и глупой, что казалось, Люси выдумывает все на ходу. Но, кажется, выпитый мартини надавил на старые воспоминания.
– Не взяли? – Наконец, спросил он. Люси покачала головой.
– Сказали, толстая слишком. Представляешь? Я – и толстая! – Она засмеялась, прижав руку к полной груди. Потом икнула, открыла дверь перед Тони. – Ладно, уходи. Мне спать пора.
– Подожди-подожди, а в другие клубы ты не ходила?
– Тони, – Люси толкнула его в спину, все еще улыбаясь какой-то глупой, растерянной улыбкой, – никуда я не ходила больше. Я расстроилась очень, понимаешь? Ведь я так мечтала о том, что буду танцевать. А тут мне говорят, что я толстая и не гожусь для сцены. – Она замолчала, откинув со лба мелкие кудри. – Все! Пора спать. Пока! И завтра жду подвязки с чулками, как ты обещал. Договорились, красавчик?
Тони уже в дверях кивнул.
– Конечно. Спасибо, Люси, за откровенный разговор.
– Ой, иди в задницу. – Она хлопнула дверью, посмеиваясь.
Тони остался стоять в коридоре, освещенном желтыми настенными фонарями. Через один номер тоже послышался смех. Затем на пороге возникла Хлоя – сто шестьдесят пять фунтов обаяния, которое искрилось аккуратными складками под газовым халатиком. Женщина прошла мимо Тони, строя ему глазки.
Чувствуя немалую усталость, Тони спустился вниз, чтобы купить газировки в автомате. За ночь он успел опросить трех девушек. Для одной статьи материала хватало, но было маловато для серии статей, как они планировали с редактором. Если продолжить в том же темпе, к послезавтра у него накопится материал из девяти историй – в целом неплохо. Дополнить фотографиями, и можно будет возвращаться обратно в Портленд.
