Золотые браслеты, больше похожие на кандалы, у него на руках накалились до бела. Шипя от боли, демон повалился на пол, моля о пощаде.
— Простите, господин. Это была шутка, — корчась от боли, прошептал он.
***
— И вам опять нужна моя помощь? — Сет скептично изогнул бровь.
Несколькими минутами ранее Шайрен ну очень попросила бога появиться и помочь им. И скучающему богу пустынь не оставалось ничего, кроме как перенести эту троицу в свой храм, застав врасплох всех, кроме Роказула.
— Да, — понуро отозвалась девушка. — Очень прошу.
— Точнее скажи, чего конкретно ты хочешь, — Сет поднялся с места и приблизился к Шайрен.
Дабы не пугать девушку, он принял более или менее человеческий рост, однако все еще оставался в своем божественном обличии. Видимо, для внушения какого-то затаенного восхищения Арсиэлю, который вообще впервые видел кого-либо из богов.
— Птица Арсиэля нашла место, в котором скрывается Асвадей. Если бы нас туда как-то перенести…
— Никакой конкретики, — закатив глаза, простонал бог пустынь.
Театрально взмахнув рукой, он вытянул ту вперед, приказывая ангелу добровольно отдать птичку.
— Я его не съем, — кивнул Сет, заметив замешательство парня, и явно указывая взглядом на ворона.
После этих слов Арсиэль вздрогнул, однако птицу все равно отдал. Сет, усадив ворона к себе на плечо, слегка наклонил голову в сторону, словно прислушиваясь к чему-то. Жестом приказав всем собравшимся молчать, он начертил в воздухе черную руну.
— Если птица ошибется — это будут уже не мои проблемы, — снимая с себя всю ответственность, констатировал бог хаоса, отпуская ворона восвояси.
Черная руна устремилась к Арсиэлю и, в последний миг увеличившись до огромных размеров, накрыла собой и Шайрен с Роказулом, мгновенно перенося их в то место, которое Сет минутой ранее считал из сознания пернатого друга Арсиэля.
— Удачи, — одними губами прошептал оставшийся наедине бог.
Он осознавал, что Роказулу, скорее всего, известно, кто из его египетских «сослуживцев» строил козни Шайрен. И на этот раз Сет вмешивался уже с меньшим энтузиазмом.
***
По колено провалившись в снег, девушка тихо выругалась, с трудом не упав в мягкое белое покрывало, успешно укрывавшее всю землю вокруг, насколько хватало взора.
— Арсиэль, а птица не может ошибаться? — Шайрен поежилась от морозного ветра дующего с запада.
— Ни в коем случае, хотя я и сам не рад таким погодным условиям. Идем, а то я скоро буду похож на снеговика, — материализовав крылья, ангел прикрылся ими от снежной бури тем самым, прикрыв Роказула и Шайрен.
— Не спеши, — пробормотал Роказул, прижимая к себе вмиг замерзшую девушку, — ты вообще в курсе, где мы оказались?
— Дорогой мой братец, — с надменным пафосом и стуком зубов выдавил из себя Арсиэль, — смею доложить, что, судя по погодным условиям, мы где-то на одном из полюсов планеты. И нам нужно поскорее найти где-то в этой ледяной пустыне сестру Шайрен. А то твоя принцесса совсем замерзнет! — фыркнул ангел. Ему даже шутить было холодно.
— И, правда. Мы не так восприимчивы к холоду как она, но даже меня дрожь до костей пробирает. Нужно осмотреться, — отозвался Роказул, перекрикивая ветер.
— Я поищу Грейс и демона, а ты согревай Шайрен. Я найду вас, не переживайте и не тратьте силы попусту, если будет нужна помощь, буду свистеть, — ангел расправил крылья и чуть не свалился в сугроб, слегка не рассчитав их размера и силы ветра, — и да, не давай Шайрен спать! Если она уснет, то уже не проснется, на таком то морозе.
— Ты же не можешь летать, — Роказул скептично изогнул бровь.
— Кто сказал такой бред? — Арсиэль усмехнулся, — ты слишком доверчив для демона.
— Так почему же не улетел до сих пор? С кристаллом, как и хотел, — хмурясь, недовольно рыкнул Роказул.
— Я ангел, и я никогда не бросаю никого в беде, — ангел нахмурился, — а уж тем более, не бросаю друзей и родственников.
Арсиэль говорил с явным намеком, желая вызвать у Роказула какие-то воспоминания. И, кажется, ему это удалось, поскольку демон с еще большей злостью взглянул на брата. И лишь затем, на миг задумавшись, отвел взгляд.
— При чем здесь то, что ты ангел? — тихо пискнула Шайрен, рискующая подхватить явное обморожение.
— Я просто искал повод, — отрезал Арсиэль, бросая последний взгляд на брата.
Ангел расправил крылья и полетел на виднеющиеся в метели силуэты скал, он надеялся оттуда увидеть хоть какие-то признаки жизни. Выпускать ворона сейчас было бы бессмысленно, в такой пурге никакая птица не смогла бы летать. Даже ангелу было сложно противостоять ветру, с его-то размахом и силой крыльев. Да и весил он на порядок больше беззащитной птицы.
— Шайрен, говори. Если будешь говорить — не уснешь, — прошептал Роказул, еще сильнее прижимая к себе девушку, и создавая на их одежде голубое пламя. Оно не жгло, лишь грело. — Я не позволю тебе замерзнуть.
