Вот так и закончилось мое пребывание в квартире после приведенного весомого аргумента о том, что мне дали подумать о своем поведении целые сутки. Конечно, мне нелегко жить в чужом доме, с малознакомым красивым мужчиной, но я стараюсь, по крайней мере, пытаюсь ничем не задеть Клима.
И вот я снова в его доме, в его кухне, пью чай и думаю, как же мне вести себя с этим мужчиной. Он очень своеобразен, и ни на кого не похож своими мыслями, своими действиями, и это не может не подкупать меня, ведь он — личность.
— О чем задумалась, Любаш? — вырвал из размышлений такой уже родной голос Клима. Я промолчала, показывая тем самым свою обиду на его поведение. — Ты играешь со мной в молчанку? — снова его вопрос без ответа. — Ладно, если захочешь поговорить, я в кабинете, — и, развернувшись, он ушел со стаканом сока в руке. Это все? А собственно чего я хотела, чтобы он у меня в ногах валялся? Ну, уж, нет, этого мне точно не надо.
Вот я дура, этот мужчина ради меня столько всего делает. А я что, жду извинений за то, что он вырвал меня из дома? Это неправильно, ведь Клим хочет как лучше, и все для этого делает. Ну, не виноват же он, что я никак не могу смириться со смертью Лешки, не виноват, что я так долго копаюсь в своих чувствах, цепляясь за каждую маленькую причину, и сама не понимаю, что тем самым причиняю ему боль. А он всего лишь желает мне добра.
Больше не медля, я сама решаю поговорить с ним и, возможно, извиниться за свое глупое поведение. Сварив Климу его любимый кофе, хотя знаю, у меня не получается так, как у него, я наливаю в белую фарфоровую чашку, к которой прилагается блюдечко, и, размешав пару кубиков сахара, отправляюсь в кабинет к мужчине. Но вот у двери я замираю. Отчего-то мне страшно, сердце колотится, и ладошки вспотели, но останавливаться нельзя, он заслуживает того, чтобы услышать от меня слова извинения.
Слегка надавливаю на ручку, дверь щелкнула и открылась, явив моему взору красивый силуэт статного мужчины.
— Я тебе твой любимый кофе принесла, правда, не уверена, что настолько же вкусный, как в твоем приготовлении, — пока я говорила, мужчина повернулся ко мне, глядя прямо в глаза.
— Он вкусный, потому что приготовила его мне именно ты, — он подошел ближе, и говорил это у самого моего лица, протянув руку к чашке.
Я, не выдержав взгляда, поспешила отвернуться, но Клим перехватил меня, положив левую руку на живот.
— Не закрывайся, Любаш, прошу.
— Клим, — я все же отошла к окну, где еще минуту назад стоял мужчина, и моему взору предстал потрясающий вид: все вокруг было усыпано снегом. Все крыши словно белоснежным ковром покрыты, а деревья и ели оделись в пушистые шубки. Как же здорово на улице, вот бы и на душе было так чисто и светло! — Я хотела попросить прощения за свое поведение.
— Ты о чем? — Клим сидел уже в кресле за рабочим столом и как раз делал первый глоток кофе, когда я обернулась к нему.
— О том, что было утром и сейчас в кухне.
— Все нормально.
— Нет, я не должна себя так вести, и прошу прощения.
— Глупенькая, какая ты глупенькая, иди ко мне, — я посмотрела на него и тут же перевела взгляд на его колени, и снова в глаза.
Видимо поняв мое замешательство, Клим сам подошел ко мне и, заглянув в глаза, произнес:
— Прекрати меня бояться, и если тебе так будет легче, я прощаю тебя, хоть и не понимаю, за что.
— Спасибо, Клим.
Он слегка наклонился к моему лицу и бросил взгляд на губы, как бы спрашивая разрешения, а я, не медля, сама потянулась к нему, даря легкий, невесомый поцелуй благодарности. Его рука переместилась с живота на спину и несильно надавила, а я оказалась прижата к твердому телу. Я немного поежилась, сама не понимая причины, и уткнулась носом в мужскую грудь, вдыхая приятный аромат духов. Господи, как же хорошо находиться в его объятиях, как же хорошо.
— Ты замерзла, милая? — хриплый голос снова вырвал меня из раздумий, а я потерлась щекой о его грудь и, приподняв голову, ответила.
— Да нет, вроде, просто непривычно…
— Привыкай, любимая.
— Клим, — чтобы немного разрядить обстановку, я лукаво улыбнулась и еще больше отодвинулась, чтобы удобнее было смотреть в глаза собеседнику. — В качестве извинений, приглашаю тебя сегодня на ужин, — смущенно договорила я.
— Ух ты, в ресторан?
— Нет, можешь хоть в пижаме прийти. Сегодня в гостиной, в девять вечера, — и чтобы не чувствовать себя еще более неловко, выскочила из кабинета. Мда, кажется, с пижамой я погорячилась.
Приготовив ужин, я отправилась приводить себя в порядок. Надела вязаное платье с закрытым горлом, на ноги капроновые колготы и гетры, то, что нужно, чтобы посидеть у теплого камина. Волосы собрала в конский хвост и нанесла легкий макияж, так сказать, для вида. В последний раз глянув в зеркало, я сделала глубокий вздох и отправилась на первый этаж, чтобы успеть накрыть маленький стеклянный столик.
Едва ступила на паркет, как наткнулась на мужчину, в обществе которого и собиралась ужинать.
— Клим, я … Еще не все готово, — начала я, но он меня перебил.
