Единственное, в чем они проявили инициативу, это отправить одного члена правящей семьи обучаться у даши, но он должен был пройти испытания наравне со всеми. Этим человеком не мог быть будущий император. Ведь его было необходимо обучать политике, этикету, государственному делу, экономике, военному мастерству, и прочим тонкостям в то время, как даши полностью уделяли внимание развитию души. А это занимало все время. В последствии необходимо было перейти порог, чтобы продолжить обучение, и тогда отвлечение от него могло понести серьезные последствия. Все это занимало время, которого не было у будущего императора. Трон мог освободиться в любой момент. А от обучения даши было невозможно отвлечься, иначе можно было утерять душу и стать злым духом, или навсегда остаться инвалидом.
Во многом именно поэтому мир даши и мир людей был разделен невидимой стеной. Да, человек мог обрести силу, вечную молодость, но за это ему необходимо было внести залог — свое время. Усердие, смелость, отчаянное желание, чтобы стать даши, нужно было отдать многое, чтобы в итоге получить больше. Но также многое человек терял. После стольких лет жизни в школе, среди даши и призраков, вернуться к людям в родную семью было сложно. Го Цзы, Гуан Жун, Чжэн Нуо — все они имели семьи, но больше с ними ни разу не встречались. Везло тем, у кого родители оба были даши, но такое, парадоксально, встречалось так же не часто. Даши подсознательно опасались отношений и не стремились заводить семьи после того, как становились отшельниками. Их жизнь — вечное самосовершенствование, скитание и сражение с силами тьмы, а также стремление возвыситься к небесам. Многие, при своем приобретенном долголетии, не доживали даже до старости по человеческим меркам. Но они все еще были людьми, которые умели любить. Поэтому даже среди даши образовывались семьи, но и так дети не всегда шли по стопам родителей.
Но что до императорской семьи, то они все равно попытались обрести в царственной семье собственного даши, отправив на учебу бесперспективного принца Зиана, которого бы точно никто не усадил на трон. Но, к сожалению, юный принц и здесь не смог оправдать надежд императора, не сумев совладать с трудностями становления даши. К счастью, принц смог уберечь свою душу от искажения, вовремя послушав учителя и вернувшись домой. Но он все равно успел приобрести некоторые навыки, а его молодость уже сейчас длилась немного дольше, чем у его сверстников. К своим годам он так и не возмужал, оставшись изящным юношей, как будто только готовящимся стать мужчиной. Ну а правящая семья нашла пользу и от такого результата неудавшейся попытки.
— Магистр Юнь Гун Чжэнь, — кивнул император, взирая на даши со своего трона, — Мы ждали Вас раньше, но наслышаны, что возникли некоторые затруднения?
— Рад встрече, — кивнул магистр, — кажется, что мы виделись только вчера, но мои ученики уже так выросли, значит это было давно, — даши привычно улыбнулся и смело прошел к трону ближе.
Император окинул взглядом людей позади магистра и понял, что все лица присутствующих не кажутся ему знакомыми. Магистр Юнь понимающе усмехнулся.
— Они были еще детьми, когда Вы виделись в последний раз. Но наверняка из всех моих учеников Вы лучше всего запомнили только одного. Чжэн Нуо, — он обратился к своему ученику, и красивый молодой человек внушающий уверенность в его силах выступил вперед, вежливо поклонившись по всем правилам этикета.
— Ваше Величество.
Император задержал на нем взгляд. С тех пор этот ученик разительно изменился, но как будто только внешне. Он стал статен и красив, сохраняя еще рассвет юности. Опыт сражений и жизни еще не позволили его чертам лица обрести мужественности, но это обязательно произойдет со временем. В осанке и позе молодого человека виднелись годы сложных тренировок, но в глазах горела все та же непосредственность и даже некоторая наивность вперемешку с дерзостью, с которой так повезло лично познакомиться императору когда-то.
— Да, подобное сложно забыть, — не стал кривить душой император.
Чжэн Нуо почувствовал себя неловко. Он уже в полной мере понимал, как глупо вел себя в то время и сколько дел наворотил, но это не помешало ему продолжить это делать.
— Простите, Ваше Величество, в то время я был не в своем уме.
— Да ты и сейчас не в нем, — буркнул позади Ченмо, наблюдающий, как заметно нервничает его брат-ученик.
Чжэн Нуо среагировал мгновенно, цыкнув на друга, чем вызвал смешок у императора. Вот, что он заметил в его глазах, этот молодой человек все тот же подросток, что не стеснялся его статуса и просто вел себя везде свободно и непосредственно.
— Что было, то прошло, — кивнул Император, — Мы задолжали вам жизнь, а потому вы всегда желанные гости в моем дворце.
