— В своих. — С холодом в глазах призналась девушка. — У меня нет мании, про то, чтобы сделать всех институтских счастливыми. Василиса создавала меня умной, рациональной, карьеристкой, она создавала меня на место начальника полиции и при этом понимала, что иногда, мне придётся иметь дело с зарвавшимися «нашими», именно это позволило мне без раздумий и сожалений схватиться с Арысью, хотя я против нее ничего не имею, так же холодно и без раздумий, я разберусь и с Вами, если Вы пойдете против закона.
— Хорошо, если это правда. — Буркнул я, но мне совершенно не понравилась прозвучавшая в мой адрес угроза. — У меня будет просьба, про рисунки эти, про догадки и вообще про все материалы по делу Бельского докладываешь только мне. На вопросы Василисы, отвечать, что расследование идет своим чередом, про его подробности в курсе только я. И не откровенничай с остальными. Идет?
— Вы подозреваете Василису? — Она очень мило выгнула одну бровь. — Только потому, что Бельский рисовал ее голой. Дим, тебе надо посмотреть все рисунки, там такого нарисовано, что у тебя мгновенно появится еще с пол сотни теорий.
— Я не подозреваю Василису. — Поправил я ее. — Я не исключаю ее участие. Поэтому и прошу тебя о некоторой конфиденциальности.
— Ты просишь сохранить тайну? — Хмыкнула девушка.
— Нет! Про тайну тут все сразу же узнают. — Помотал я головой. — Я прошу сохранить информацию с грифом «Для служебного пользования» между нами.
— Ну вот! — Улыбнулась она. — Между нами уже появились свои секретики. Все идет по плану Василисы.
— В смысле? — Не понял я.
— Она просила меня с тобой сблизиться, ну по-женски. — Она мне подмигнула. — Василисе очень не нравится и то, что ты общаешься с кем-то из чужих, и то, что ты можешь после истечения срока снова начать встречаться с Ягой.
— Черт, да ей то какое дело до меня и Яры. — Вспылил я, но Варвара лишь пожала плечами.
— Не знаю, — Честно призналась она. — Да мне и плевать, если что, ты меня вообще не привлекаешь.
— Да и бог с тобой, не очень-то и хотелось. — Произнося эти слова я думал о том, как бы снова не залипнуть в ее декольте, это было бы сейчас максимально неуместно. — Меня волнует, что она пытается пакостить мне и Яре, для меня это важно.
— А должно быть важно другое. — Грустно вздохнула девушка.
— Что?
— Найти Бельского до истечения срока. — Она щелкнула меня указательным пальцем по кончику носа и встала, направившись к выходу из камеры. — Я, после работы без лишних глаз, сведу результаты проверки в библиотеке и предоставлю тебе. — Я лишь молча кивнул. Проводив ее взглядом, который вопреки всем прилип к ее округлой подчеркнутой обтягивающими брючками попе, похоже права была Варвара, плевать на отношение к человеку, если девушка красотка, ты на нее в любом случае будешь засматриваться.
Остаток дня прошел в ленивой рутине, я и правда отобрал посмотреть рисунки Бельского, больно уж интересно было, чего он там накалякал, и надо сказать, рисовал он не плохо, да пусть он не уделял этому должного внимания, было ясно, что он просто сидел и в задумчивости черкал ручкой или карандашом, но ведь получалось. И если убрать какие-то совсем уж бредовые рисунки, вроде изображения самого Бельского с огромными мышцами и обнаженным торсом поднявшим к небу меч, а внизу, припав к его ногам в обожании пара красоток, то находилась довольно интересная информация. Вот лист с изображением Кощея, причем изображения были нарисованы одно поверх другого, вот он сидит над сундуком с золотом, больше напоминающий скелет, вот он уже поупитаннее с превосходством рассматривает нескольких, брошенных к подножию его трона, красавиц, вот рубит голову двуручным мечом, вот снова с золотом, но уже за столом на котором аккуратными столбцами выстроены монеты. И поверх всего этого изображение высокого худощавого мужчины в деловом костюме, очень узнаваемое изображение, не хватает только пронзительно синих глаз.
Я отложил картинку и взял следующую, с нее на меня смотрел полный улыбающийся мужчина с копной черных волос, этот портрет был проработан очень хорошо, уверен, встреть я этого человека на улице, я бы его узнал, он просто светился жизнерадостностью и обаянием, вот только надписи на листе, «Зло», «Смерть», «Опасность», «Убийца», «Страх». Интересно, что именно так напугало Бельского в этом человеке, почему он решил его нарисовать?
— Толстяка смотришь? — Задала мне вопрос Варвара, даже не вставая с места. — По лицу видно. — Пояснила она. — У меня, наверное, тоже такое же лицо было, когда я его портрет нашла. Ладно изображения наших… коллег. С ними все понятно, особенно мне понравился как Кощей получился и Кузьма, а вот этот, с виду то вполне приличный дядька, а вот надписи…
— Почему толстяк. — Поинтересовался я и направляясь к копиру, надо было сделать несколько копий с этого рисунка.
— По лицу видно, что человек полный. — Пожала плечами девушка. — Это только мужики не понимают такого, а у нас, у женщин глаз наметанный.
