Мой отец мертв. Слова эхом отдавались в моей голове, собственные мысли смешивались с мыслями Эдуарда. Ваш отец мертв. Мой отец мертв.
Лорд Алистер был мертв.
Я не видел отца с тех пор, как был мальчишкой, и все же, как тени становятся больше, когда солнце исчезает с неба, так и его отсутствие в моей жизни превратило его в памяти в неясного и сутулого титана, его громоздкий силуэт отбрасывал тень на моё детство. Возможно, какая-то часть меня была привязана к этому детству уверенностью в том, что он где-то там, правит из черного замка моего дома - его жизнь продлена столь долгими путешествиями за пределы мира, как Император продлил свою собственную жизнь, плавая вокруг своих провинций.
Ваш отец мертв.
Все эти годы я ожидал, что ничего не почувствую. Я не видел этого человека столетиями, и он никогда не любил меня... Но я вскинул руку, чтобы зацепиться за изящную изразцовую арку, и обернулся, чтобы посмотреть на посланника. Громоздкая тень исчезла, а на ее месте.......наступила ночь. Я и до слов Эдуарда чувствовал себя стариком, но в этот миг ощутил себя по-настоящему постаревшим.
Наконец-то я остался сиротой, и поэтому - в некотором смысле - я наконец-то стал мужчиной.
"Как долго?" Голос, задавший этот вопрос, был похож на мой собственный.
"Более века назад", - ответил лейтенант Альбе, вновь протягивая свой пакет. "Здесь голограф от вашего брата-лорда, а также помилование императора и бумаги, которые мне было поручено доставить. Лорд Криспин отдал мне его, когда я уезжал с Делоса в академию. Он надеялся, что я найду вас. Теперь я нашел".
Нима подошел, взял у посланника конверт и тихо удалился, склонив голову.
"Делос?" Я повторил старое название и отметил наконец, что именно в молодом офицере показалось мне таким знакомым. "Ты из Делоса?"
Его акцент.
В его голосе были резкие согласные и благородный лоск высокого делийского стиля, древней манеры. Он звучал как злодей в эвдорской мелодраме.
Он звучал как я. Или как я, так давно.
"Из Мейдуа", - сказал он, и узнавание соотечественника в этой далекой стране было такой же сладкой болью, какой горькой была весть о смерти моего отца. Услышать чистую музыку дома еще раз дополнительно усилило чувство потери, которое этот человек навалил на меня всего несколько минут назад.
Потерянного времени.
"Моя семья служит вашей уже пять поколений, начиная вскоре после вашего ухода. Я второй, кто поступил на императорскую службу". Мужчина еще не нагнулся, чтобы забрать свои очки. Без них его круглое и серьезное лицо казалось почти детским.
"Оставь меня", - сказал старый солдат в арке.
"Лорд Марло, прочтите донесение. Там есть письмо от сэра Фридриха Оберлина. Мы будем стоять на якоре еще несколько недель, пока не пополним запасы, мы..."
"Я сказал, уходи!" Я практически прокричал эти слова. "Лорда Марло, которого ты пришел найти, больше не существует, мальчик. Возвращайся к своим хозяевам. Скажи им, что он мертв".
"Нам нужна ваша помощь, лорд!" - сказал лейтенант, - "Империя нуждается в вашей помощи!"
"Будь проклята Империя!" сказал я. "Что для меня Империя?"
У мужчины не было готового ответа на это, и он, запинаясь, пробормотал: "Неужели вы так мало заботитесь о своих собственных людях?"
"Мои люди мертвы", - сказал я и подумал, что,
ГЛАВА 2
ПРИНЦ ДОМА ЛУНЫ
Принц совершил роковую ошибку.
Я смотрел на него через стол из окаменевшего дерева, ожидая, заметит ли он это. Я вглядывался в морщинистое лицо Алдии, словно ожидая найти ответ в складках на его лбу. Он был похож на какого-то сказочного колдуна, его густые белые волосы были почти такой же длины, как и его белоснежная борода. Он оперся на кулак, изучая доску, очевидно, не обращая внимания на свою ошибку.
Была ли это улыбка на тонких губах? Искорка в глубокой черноте его глаз?
"Ты собираешься сделать свой ход, mi sadji?" - спросил он, не отрывая глаз от игры.
"Минутку, ваша светлость", - ответил я, сам изучая лабиринт.
Друажа была древней игрой, которую я по-настоящему оценил лишь в конце жизни. Я научился ей еще на Воргоссосе, когда прозябал в залах Вечного, ожидая аудиенции. Но насладиться ей я смог только в джаддианском плену. Когда принц Алдия приезжал в Школу Огня - и в более редких случаях, когда я посещал Алькас дю Бадр, как в тот день, - мы с ним играли и коротали часы в беседе.
Он был ещё хорош.
Я передвинул стены на три хода раньше, понизив уровень белых. Тем самым я расчистил путь моему третьему центуриону, чтобы он мог пройти по доске. Алдия продвинул своего короля так, что, просто передвинув фигуру на четверть оборота по шестиугольной доске, я мог поставить своего центуриона позади него, оставив его ни с чем. Это была элементарная ошибка, хотя и не очевидная на первый взгляд.
