- Или перебить, - буркнула Лохмушка.
Хитрец обдумал конструктивное предложение, и не одобрил его.
- У нас запаса тарелок нет. Не думаю, что этому рыбоводу понравится есть из кастрюли.
- Мы-то ели!
- То мы, а то большие. Не стоит нам с рыбоводом ссориться, так что за дело. Толстяк, можешь аккуратно перенести посуду в раковину?
Толстяк спокойно примерился к тарелке, поднял ее над головой и шагнул со стола. Приземлился удачно, на задние лапки. Тарелка стукнула его по голове, и треснула пополам. Хитрец скривил недовольную физиономию. Толстяк уронил половинки на пол, и развел лапками. Теми, которые руки.
- Ну вот и как с таким материалом работать? – проворчала Лохмушка. – Опять подсунули какую-то дрянь.
Хитрец мысленно обратился к магии. Без поддержки, конечно, многого не сотворишь, но разве им надо много? Всего-то передвинуть пока еще уцелевшую посуду со стола в раковину. Через полкомнаты переместить. Или пролевитировать. Хитрец обдумал последнюю мысль, и с сожалением отбросил. На это уйдет масса энергии, да и ложки с поварешкой из металла – их вообще не поднимешь. Хотя, их-то как раз можно и по-простому.
- А если их скидывать на что-то мягкое? – крикнул Умник. – А тут по полкам поднимем.
Толстяк глянул на него, и на всякий случай отступил под стол.
- И вовсе я не мягкий, - пробурчал он из своего укрытия.
- Да не ты, - махнул лапкой Умник. – Вот тряпка какая-то висит.
На гвозде у двери висела белоснежная меховая шуба с потускневшими медными бляшками. Кому она могла понадобиться здесь, под жарким солнцем Венетума, Хитрец даже представить себе не мог. Стало быть, никому.
- А что, хорошая идея!
Толстяку тоже понравилось. Он лихо вскарабкался по стене, и вцепился в пушистый воротник.
- Эй, помогите мне!
Ташасы не заставили себя ждать. Они совместными усилиями приподняли шубу, и скинули ее с гвоздя. Потом волоком доставили ее к столу и кое-как свернули в три слоя. Хитрец для пробы скинул вниз кружку, и та мягко, практически беззвучно приземлилась в самом центре. То, что надо! Толстяк ухватил кружку за ручку и поволок к раковине, а вниз полетела тарелка. Тоже осталась целой, хотя и упала на ребро. Ташасы бодро и дружно втащили посуду по стене, и весело утопили ее в раковине. Следом перетащили шубу, чтобы было куда скидывать чистую посуду.
- Как оно хоть делается-то? – ворчливо осведомилась Лохмушка.
- Ой, я знаю! – радостно воскликнула Балаболка, откопавшая-таки в своей свалке знаний нужное умение. – Надо перемазать посуду мыльным порошком, а потом смыть водой.
- Так она уже грязная, - сказала Лохмушка. – Чего ее еще раз пачкать-то?
- А по-другому не считается, - пояснила Балаболка.
Лохмушка недоверчиво фыркнула. Мыльный порошок нашелся быстро. Целая горка мельчайших розовых кристалликов громоздилась на полочке, что нависала над раковиной. Наличие порошка засчитали в пользу версии Балаболки, и схема помыва была окончательно утверждена. Недовольно ворча себе под нос, Лохмушка вцепилась в ручку кружки и вытянула ее на поверхность. Балаболка хвостом смахнула порцию порошка. Лохмушка брезгливо дернула плечиком, стряхивая то, что попало на нее. Упавший в воду порошок сразу начал пениться и пузыриться, а по кухне поплыл сладковатый запах свежераздавленных ягод. Толстяк не удержался, и попробовал мыльную воду на вкус. Морда его перекосилась.
- Бяка, - заявил он, сплевывая вниз, на шубу. – Полная бяка.
- А так красиво выглядит, - вздохнула Балаболка.
Лохмушка пробурчала что-то себе под нос, но разобрать слова никому не удалось. Хитрец и Толстяк отправились растапливать печку. Описание процесса фиолетовый ташас нашел в своем запасе знаний, и счел его слишком заморочным. Надо бы им тут саламандру завести. Пока же придется обходиться тем, что есть. Толстяк накидал в топку дров. Хитрец подпихнул снизу кусок коры и пару осколков огненного камня. Теоретически их надо было бить друг о друга до высекания искры, которой потом еще надо было попасть по куску коры, но практически не все имеет смысл делать строго по схеме. В астрале камни и так хорошо полыхали. Огненная магия близка по своей природе к хаосу, то есть почти столь же неустойчива. Достаточно легкого толчка в нужном направлении – а в хаосе нужным зачастую оказывается любое – и пламя вырвется в реальный мир.
Хитрец сформировал подходящее заклинание и, ткнув растопыренными пальчиками в оба осколка разом, активировал заложенную в них магию. Перед глазами полыхнула ослепительная оранжевая вспышка. Кора, дрова, висевшая на одном гвозде полка – все вспыхнуло в единый миг. Пламя, как голодный хищник, с остервенением вцепилось в свою добычу.
- Ох йешки-барабошки, немножко перестарался, - заметил Хитрец, когда его зрение восстановилось.
