Ташаски тем временем как раз добрались до тарелки. Вытащили ее из воды, подставили под тугую струю, и та, отразившись, дождиком прошлась по кухне. Прокатилась по столу, окатила Хитреца с Толстяком, смахнула пламя с полки и разбилась о печку. Красный ташас возмущенно завопил, гневно топая задними лапками. Теми, что ноги. Хитрец тоже поначалу возмутился, но, оценив плюсы и минусы, пересмотрел свою точку зрения. Пожар на кухне мог здорово подмочить их репутацию мастеров поварского искусства.
- Эй! Это было здорово! Вы молодцы!
- А то! – самодовольно отозвалась Балаболка.
- Только больше так не делайте! - поспешил уточнить Хитрец.
Толстяк отряхнулся и надулся. В печке весело потрескивало уцелевшее пламя. Можно было переходить к следующей части схемы. Хитрец запрыгнул на стол, выловил из лужи мокрый листок с расплывшимися буквами и задумчиво почесал в затылке. Задействовав память, логику и интуицию, фиолетовый ташас сложил-таки сохранившиеся части текста в некое подобие осмысленного предложения.
- Нам нужна кастрюля! – крикнул он.
- На полу! – отозвался через плечо Умник.
Вода в раковине уже перетекала через край. Умник поймал момент, когда одно из заклинаний было в высшей фазе, и с его помощью погасил второе. Насос фыркнул и остановился.
- Ты бы лучше его отрегулировал, - сказала сверху Лохмушка.
- Потом, - пообещал Умник.
- Лучше сейчас, - проворчала Лохмушка. – У нас тут потоп.
- Я вижу.
- Так сделай с ним что-нибудь! Мы что, так и будем тут сидеть все в мыле, пока эта вода не уйдет?!
- Ладно, ладно, - сдался Умник, уселся перед насосом и глубоко задумался.
Хитрец перевернул самую большую кастрюлю донышком вниз, заглянул в нее сверху и нашел объем подходящим.
- Еще нужна рыба, - сказал он. – Это, наверное, в подполе. Толстяк, тащи рыбину.
Красный ташас, демонстративно даже не пытаясь отжать шкурку, прошлепал к подполу. Балаболка почувствовала укол совести. Лохмушка не обратила на страдания Толстяка никакого внимания. Тот снял замок, откинул крышку и заглянул вниз.
- Эй! Тут много рыбы! Какую тащить?!
- Побольше! – отозвался Хитрец.
Он вцепился в ручку кастрюли и отволок ее к печке. Посудина оказалась неудобной, зато металлической, и ее не страшно было бить и ронять. Хитрец затащил кастрюлю на нагревательную плиту, и оглянулся. Толстяк вытащил за хвост рыбину побольше себя самого. Широкие синие плавники топорщились во все стороны. Красный ташас примерился поудобнее, и поволок рыбину по полу.
- Отлично, Толстяк! – похвалил Хитрец. – Давай ее на стол, ее разделать надо!
Толстяк едва заметно кивнул, и скорректировал курс. Он подтащил рыбину к табурету, закинул ее и запрыгнул сам, а оттуда тем же способом перебрался на стол.
- А как ее разделывать? – крикнул Толстяк.
Хитрец посмотрел в сторону Умника. Зеленый ташас застыл в трансе перед насосом. Его восприятие парило где-то на втором уровне астрала, и на реальность не отвлекалось. У Хитреца в запасе знаний значилось только, что рыба должна быть разделена на части.
- Поруби ее на части, а там разберемся, - сказал Хитрец. – Это ножом делается. Вон, кстати, висят.
Прямо на стене висел десяток ножей. Все они отличались друг от друга размерами и формой лезвия, но было и кое-что общее. У каждого в рукоятке наличествовала дырка, через которую был пропущен шнурок. На этом шнурке они и висели. Толстяк выбрал самый большой нож, с широким лезвием, не уступающим в длину самому ташасу без учета хвоста. Плюс рукоятка с верхнюю лапку толщиной. Другой ташас и не удержал бы, но Толстяк был не только толстым, но и сильным. С огромным ножом на плече он выглядел настоящим сказочным граблином, а уж ощущал себя не меньше, чем титаном.
- Трепещи, дракон! – воинственно воскликнул Толстяк. – Ты будешь повержен!
"Дракон" спокойно лежал, где уронили, и в упор игнорировал своего супротивника. Толстяк издал воинственный клич, и потряс своим оружием над головой, чуть не съездив себе по затылку. "Дракон" сохранял неподвижность. Наверное, замышлял что-то недоброе. Это он напрасно. Настоящий рыцарь не устрашится коварной ловушки! Толстяк бесстрашно бросился в атаку.
- Защищайся, мерзкое чудище!
Чудище замерло, как змея перед броском. Толстяк зашел с фланга, и нанес сокрушительный удар. По чудищу, правда, не попал, но оно несомненно испугалось. Воодушевленный первым успехом, Толстяк храбро взмахнул оружием, и великая битва закипела. Хитрец на всякий случай отскочил подальше, чтобы потом не говорили, будто великий герой сокрушил такое чудище не в одиночку. Ташаски, забыв про тарелку, с открытыми ртами следили за яростным поединком. Судя по остекленевшим глазкам, следили в астрале. Там все было гораздо интереснее.
