- И мы тут останемся до утра, - поникла Лохмушка.
- Нет, - возразил Хитрец. – Там, в гостиной, еще свет горел.
Ташасы снова обежали дом, сходу заскочили на подоконник и забарабанили по стеклу. Сидевшая за столом Лиз резко встала, погасила шар и подошла к окну.
- Это мы! – дружно запищали ташасы.
- Вижу, что вы, - проворчала Лиз, открывая окно. – Где вы шляетесь? Ночь на дворе!
- Да мы…
- Тихо! – шепотом прикрикнула на них Лиз. – Все уже спят давно. Не разбудите их.
- Не разбудим, - тихонько пропищал в ответ Хитрец.
Ташасы попрыгали на пол.
- А ты чего не спишь? – спросил Умник.
- Уроки делаю, - быстро ответила Лиз. – А вы живо марш наверх, и спать.
- Угу, - зевнул Умник.
Лиз проводила их до лестницы. Ташасы запрыгнули в свое гнездышко и с удовольствием растянулись на мягком одеяле. Толстяк громко зевнул, Балаболка потянулась, Лохмушка по обыкновению свернулась калачиком. Сон нежной волной накрыл беспокойную компанию. Лиз вернулась в гостиную, аккуратно прикрыла за собой дверь и снова включила шар. Набрав в ряду рун Брик-Кир-Кир-Мир-Блако-Брик, девушка вновь погрузилась в изучение непростых эльфийских практик. Ей, будущей волшебнице, это вполне могло пригодиться.
У ташасов большая часть ночи ушла на обустройство их нового жилища. Свет им, благодаря магическому зрению, не требовался, а вот силенок создатель мог выдать и побольше. Стараясь не разбудить спящих внизу людей и угодить на редкость не сочетающимся вкусам Лохмушки и Балаболки, ташасы туда-сюда перетаскивали хлам, пока не устали настолько, что даже неугомонной розовой ташаске стало все равно.
Короткий сон пролетел, как одно мгновение. Рано утром на чердак забрался Карл Рыбовод и разбудил всю компанию.
- Вставайте, вставайте, - добродушно шумел он. - Кто рано встает, тому природа подарок дает.
Ташасы нехотя поднялись и сбегали на реку умыть мордочки. Течение пронесло мимо замызганную, опаленную и сильно драную тряпицу. Воняло от нее так, что даже на берегу ощущалось. Наверное, это и был обещанный подарок от природы. По крайней мере, никаких других даров ташасам в это утро так и не перепало.
Карл Рыбовод соорудил простенький завтрак на скорую руку, а сразу после нагрянули работники. Лодка увезла Лиз и Тику в школу, а ташасам Карл доверил пост у силовой линии. Там, на травке, они и продремали до самого полудня, пока их не потревожил тихий, но подозрительно отчетливый "бух!"
Пустота. Там была холодная пустота, не ограниченная ни во времени, ни в пространстве. Только холод, и растворенная в нем вечность. Или наоборот: вечность, в которой нет ничего, кроме холода. В этой пустоте падало из ниоткуда в никуда спящее существо. Это было маленькое белесое создание, сжавшееся в тугой клубочек. Оно не было живым в том смысле, который вкладывают в это понятие люди, но оно существовало. Существо осязало холодную пустоту вокруг себя, и сжималось вполне осознанно – чтобы сохранить ту крошечную, одну-единственную частичку тепла, что неведомым чудом все еще существовала в этом ледяном царстве. Откуда-то оно точно знало: когда угаснет эта частичка, с ним угаснет и жизнь существа. Можно сказать, это и была жизнь существа. Заключенная во внешней искорке, поскольку собственной жизни у существа не было.
На исходе вечности край пустоты озарили неясные сполохи. Они опалили горизонт, и вспыхнули четырьмя мертвенно-зелеными знаками. Их сияние волной прокатилось через пустоту и померкло, растворившись в вековечном мраке. Существо встрепенулось. Зеленые знаки погасли, но тотчас на их месте вспыхнули другие – причудливая ультрамариновая вязь водной магии. Ее сияние объяло возникший из пустоты небосвод, и растворилось в нем. Все это могло означать только одно: в пустоту извне пытался проникнуть чужой разум. А это, в свою очередь, означало, что ожидание завершилось. Пришло время. Время чего? Ответа не было. Только волнующее предвкушение неведомого и страх перед неизвестным. Неразлучная парочка.
Водная вязь сменилась зелено-серыми монолитами магии земли. Они грозно надвинулись на горизонт, и увязли в нем, как в болоте. Снизу поднялся туман цвета драконьей зелени, и окутал монолиты. Когда туман расселся, от монолитов не осталось и следа. Следующей была печать из золотистых листьев. Едва она коснулась горизонта, как листья пожухли и опали. Разум не сдавался, пробуя все новые и новые заклинания. Существо знало, что ни одно из них не будет иметь успеха. Открыть мир пустоты можно только изнутри. И тем не менее, польза от них была. Ожидание завершилось, едва разум предпринял первую попытку войти в пустоту. Мир обрел контуры и границы. Границы, за которые можно выйти.
Существо развернулось. Оно было похоже на крупную – размером с ладонь взрослого демона – личинку, созданную из призрачного тумана. Пара коротких лапок прижимала к себе искорку жизни, еще две пары были свободны.
