— Князь Запретного леса. Беспокойный король Дикой охоты. Сын изгнанного бога и смертной женщины. Сверр из заповедных земель. Какой имя тебе нравится больше?
— Почему? — вместо ответа новый вопрос.
— Что именно ты хочешь знать?
— Почему ты привел меня сюда? Чтобы докончить дело тех тварей? Я бы и так умерла. Чтобы наказать за их грехи? Я о них не знала. Так почему?
— Чтобы помочь и познакомиться поближе, — улыбнулся мужчина, и это признание вызвало неподдельное удивление.
— Познакомиться? — не поняла Каиса.
— Считай, что я решил пригласить тебя на своеобразное свидание. Правда, не думал, что в него вмешаются эти, — кивнул князь на магов.
— Не понимаю, — призналась северянка и беспомощно огляделась.
Сверр сделал осторожный шаг вперед и, заметив, что девушка не спешит убегать, приблизился вплотную, осторожно касаясь холодной руки.
— Ты зацепила меня, девочка. Заинтересовала, чего не случалось… да никогда не случалось. И я не смог устоять. Прости, что тебе пришлось увидеть все это. Я не предвидел их приход.
— А те твари? Это тоже, чтобы познакомиться? И укус? Я умираю?
— Волдлаков послал не я, но именно благодаря им я сошел с пути Дикой охоты и оказался в лесу, рядом с тобой. Нет, ты не умираешь. Мой советник убил укусившего тебя вожака прошедшей ночью.
— Значит, все? Я могу уйти?
— Можешь, если хочешь.
— Хочу! — поспешно произнесла магианна, но вопреки своим словам даже не дернулась.
— Жаль. Я хотел бы показать тебе свой замок. Диковинные цветы и растения. Самоцветные камни и живые источники.
— А замок из костей? — выпалила девушка, припомнив детскую страшилку про дом князя Запретного леса.
— Не из костей, но белый. Хочешь посмотреть?
— Я не знаю…
— Каиса, я не буду тебя неволить. Если захочешь вернуться, я сам отвезу тебя в Золотую империю.
— «Если», а не «когда»… Ты так уверен, что я захочу остаться?
— Я на это очень надеюсь, — широко улыбнулся Сверр, касаясь губами маленькой руки и согревая ее дыханием.
— А что будет с ними? — спросила северянка шепотом.
— Как я и обещал — они предстанут перед судом. Какие бы сказки ни рассказывали про князя Запретных лесов, я не чудовище.
— Знаю, — прошептала она, открыто глядя на мужчину. — И я принимаю твое приглашение. Всегда было интересно посмотреть, что там, в самом сердце жутких земель!
— Поверь, тебе понравится, — пообещал князь.
И не обманул. Каисе действительно понравилось. Да так, что из гостьи она превратилась в полноправную хозяйку. В княгиню Запретных лесов, правящую мягко, но твердо, под руку с любимым супругом.
Кто же знал, что одна ночь на изломе осени полностью изменит жизнь маленькой магианны и Беспокойного короля. Сведет вместе два одиноких холодных сердца, разжигая сначала крохотную искру, которая затем превратилась в пламя.
Пламя, что не смогла погасить даже вечность…
Длинный коридор утопал в сумерках. Из-за пасмурной погоды освещения совсем не хватало, несмотря на большие стрельчатые окна, расположенные в обоих концах галереи. Оттого гулкое эхо от размеренных твердых шагов пробирало морозом по коже. Служанки, заслышав их, замирали в испуге, а потом спешили скрыться в подсобных помещениях. Но иногда из комнат доносились сочувствующие шепотки: обитатели замка словно уже похоронили юную Анаит, сожалея о выпавшем ей жребии.
«Бедняжка, — в очередной раз доносил сквозняк взволнованный голос, — я бы не смогла держаться так спокойно, когда до страшной ночи осталось всего несколько часов».
«Анаит всегда была предана повелителю, — шелестела листва за окном, — за что же теперь ей такая немилость? Чем она его прогневила?»
«Не говори глупости, — хлестко щелкнула плеть на конюшне, — это великая честь! Но и большая ответственность! Если она не справится…»
И всхлипы, всхлипы, всхлипы со всех сторон. Но Анаит не собиралась так легко сдаваться: пусть эта ноша тяжела — она пронесет ее с высоко поднятой головой. Времени на подготовку оставалось достаточно, поэтому пока девушка медленно брела по дубовому паркету, с благодарностью вспоминая прошлую жизнь. Нет, не ту, что осталась за туманной пеленой острова. О своей жизни до того, как в чародейную ночь ее, глупую, отловил приспешник Короля Дикой охоты и закинул на коня, она давно уже не помнила. Только каждый год накануне охоты тянущая боль где-то в подреберье напоминала о том, какое черное зло бросило ее под копыта Дикой кавалькады.
Анаит перебирала в памяти первые дни пребывания в древнем замке. Как с каждым вынутым из сердца воспоминанием она становилась слабее и беспомощнее, до тех пор, пока дыхание совсем не остановилось. А мгновение спустя повелитель возродил ее, сделав частью своей свиты.
Тоска медленно перерастала в злость оттого, что опять в ее судьбе все решили за нее. Словно она вещь какая-то и права голоса не имеет. А когда Анаит злилась — это чувствовали все. Даже лепестки цветов, разбросанные по полу, мгновенно иссыхали, скукоживаясь, стоило краю ее длинного платья коснуться их, а по стенам расползалась тонкая вязь изморози. Определенно, у нее хватит сил, чтобы вынести на своих хрупких плечах эту тяжелую ношу…