На мое удивление, «комсомольца» заинтересовала тема «Хатори Ханзо». Выдавили из меня почти все что помнил из фильма Тарантино. Персонаж скорее всего придуман им, но получился достаточно живым и интересным. Ну может немножко деталей добавил я от себя. Посвящено ему в будущем фильме немного времени. Я же умудрился говорить про мастера долго. Все мои ответы подробно записывались. Впрочем, Оля не отстала от настырного корреспондента и тоже все зафиксировала.
В конце концов, «в чёрную» готовы большие статьи для двух центральных газет. О том, что у каждого своя правда, я шутить не стал. Вдруг не поймут?
Статьи, кстати, под моей и Олиной подписью. Мы на черновиках и расписались. Еще немного «эксклюзивных» вопросов осталось и для нашей местной. Впрочем, ни одна из «Правд» не против, если районка перепечатает и часть из их статей.
А вот Москву я практически и не увидел. Поезд, на котором приехали, шел по каким-то закуткам. С вокзала сразу под землю, в метро, а потом закрутилось-понеслось. Переживания, подготовка к встрече, потом нервная обстановка после нее. Так что вспомнил о Москве, о том, что я впервые в ней, когда обратный поезд уже был далеко за пределами кольцевой. Надо будет летом наведаться, по теплу. Интересно посмотреть на Столицу, попробовать сопоставить с воспоминаниями будущего. Сейчас это спокойный мирный город. Интересно.
Приезд домой, в родной город, триумфальным не получился. Во-первых, никаких статей в центральных газетах до сих пор не появилось. Но самое главное — в городе царила какая-то нервная обстановка. Подробности узнал от нескольких друзей. Добавили информации родители, пересказав слухи, гуляющие среди взрослых.
Просуммировав, получаем — в городе есть некая банда, убивающая людей направо и налево. Режут ножами, как мирных граждан, так и работников милиции. Что лежит в основе слухов понять невозможно. Количество погибших варьируется от нескольких («человек пять») до десятков. Все это создало напряженную обстановку, пустые улицы вечером и так далее. Вот только усиленных патрулей милиции и ДНД не наблюдалось. Сколько гуляли слухи, выяснить не удалось, но всего через день после приезда, по предприятиям города прошли собрания, на которых выступили ответственные лица, политинформаторы с разъяснением ситуации. Ошарашенная мама вечером пересказывала, а батя согласно кивал. Оказалось, убит всего один человек, но персонаж уж очень нам знакомый — Калинин Григорий. Еще было нападение на милиционера, Олега Кривенко. Но того только ранили. Нападающий задержан — Лысенко Василий Антонович. Уголовник, рецидивист. Мотивы его поступков выясняются.
Стало жаль знакомого гаишника. Похоже, шутка, когда я назвался его именем, получилась подставой — пострадал страж порядка. По моей вине. Фамилия Лысенко тоже знакома. В тетрадке, заполненной Гришкой, она шла под вторым номером в списке убийц соседа. Не сдержался, выходит, Калинин, рассказал о нашей встрече «неуловимым мстителям». Вот только не очень внятно. Впрочем, за неумение держать язык за зубами, он поплатился первым. Не сильно жаль. Или все-таки жаль? Когда я в последний раз общался я с ним, то выглядел он простым испуганным парнем, никаким не убийцей.
Родители поглядывали на меня вопросительно — понимаю ли я, о ком идет речь. Им произошедшее не казалось простым совпадением. Вряд ли подозревали в чем-то меня, кандидат на разборки с преступниками номер один — тот самый милиционер, что приходил к нам домой с просьбой написать заявление — Кривенко. Он же и пострадавший.
— Что?
— Ты понимаешь, что произошло?
— Я вас предупреждал, что или бог, или судьба накажут его. Так и случилось.
— Опять ерничаешь! Мы серьезно! — Первой сорвалась мама.
— Зачем себе забивать голову фигней всякой? «Умер Максим ну и хрен с ним!»
— Откуда у тебя только такие поговорки? Шляешься неизвестно где, а потом несешь всякую ерунду.
— «Неизвестно где», включает в себя визит к члену политбюро ЦК КПСС?
— Не передергивай! Ты понимаешь, о чем мы!
